Курсовая работа: Функции суда в уголовном процессе

Название: Функции суда в уголовном процессе
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: курсовая работа

План

Введение

1. Суд как участник уголовного судопроизводства

2. Функции и полномочия суда на досудебных стадиях

3. Функции и полномочия суда при разрешении уголовных дел в суде первой инстанции

4. Пересмотр судебных решений.

Заключение

Список используемой литературы


Введение

Суд является основным участником уголовного процесса: об этом свидетельствует и синонимичное название уголовного процесса - уголовное судопроизводство. Ведущая роль суда делает необходимым четкое определение его уголовно-процессуальной функции. Наряду с функциями обвинения и защиты ч. 2 ст. 15 УПК РФ также называет функцию разрешения дела, которая по смыслу ст. 15 УПК РФ принадлежит суду. Однако положений этой и других статей УПК недостаточно для решения вопроса о том, каково содержание функции разрешения дела и является ли она единственной функцией суда в уголовном процессе. Ответ на поставленные вопросы важен не только для теории уголовного процесса, но и для практики, так как процессуальная функция участника уголовного процесса предопределяет его правовой статус, позволяет выявить специфику его уголовно-процессуальной деятельности, средства ее осуществления и повышения эффективности.

Понятие уголовно-процессуальных функций является в науке уголовного процесса дискуссионным. Одни ученые считают функциями «виды, отдельные направления уголовно-процессуальной деятельности», другие уголовно-процессуальной функцией называют «не вид и не само направление уголовно-процессуальной деятельности, а выражение в соответствующих направлениях такой деятельности назначения и роли ее участников», третьи - «направление деятельности, рассматриваемое законодателем как обязанность соответствующего органа или лица».[1]

Представляется, что подход к понятию уголовно-процессуальной функции, избранный П.С. Элькинд, точнее других соответствует сущности уголовного процесса как системно организованной, целесообразной, упорядоченной деятельности уполномоченных законом субъектов, протекающей в форме правоотношений в целях установления права государства на наказание подсудимого и эвентуально тех пределов, в которых оно подлежит осуществлению.[2] Определить уголовно-процессуальную функцию участника процесса - значит ответить на вопрос, какова его роль в решении задач уголовного судопроизводства. При этом следует учитывать, что эта роль закономерно изменяется в зависимости от стадии процесса, так как вклад каждой стадии в решение задач уголовного процесса специфичен. Следовательно, уголовно-процессуальная функция участника процесса динамична.

Ныне полномочия суда осуществляются во всех стадиях уголовного процесса (ст. 29 УПК РФ): суд последовательно выполняет несколько уголовно-процессуальных функций. Основная из них реализуется в центральной стадии уголовного процесса - судебном разбирательстве. В силу функциональной связи стадий уголовного процесса главная функция суда предопределяет его функции в иных стадиях уголовного судопроизводства.

В данной работе рассматриваются уголовно-процессуальные функции суда в судебном разбирательстве, а также в досудебном производстве по уголовному делу. Внимание именно к этим производствам объясняется, с одной стороны, значением судебного разбирательства и уголовно-процессуальной функции суда в этой стадии. С другой стороны, участие суда в досудебном производстве в его современной форме - явление само по себе новое, требующее обстоятельного теоретического осмысления и исследования в соотношении с ролью и задачами суда в судебном разбирательстве, обусловливающими необходимость такого участия.


1. Суд как участник уголовного судопроизводства

В соответствии с конституцией РФ отправление правосудия -исключительная компетенция суда. При этом судебная власть осуществляется лишь по средствам конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ст. 18). Таким образом, сфера уголовно-процессуальных отношений относится к одной из четырех систем отношений, в которой важнейшие правоприменительные полномочия осуществляют особые государственные органы - носители судебной власти. Носителями такой власти могут быть согласно Конституции РФ только суды. В соответствии с Законом о судебной системе правосудие по уголовным делам осуществляют федеральные суды общей юрисдикции (в том числе суды военные) и мировые судьи.

УПК особо подчеркивает, что только суд правомочен признать лицо виновным в совершении преступления и назначить ему наказание (п. 1 ч. 1 ст. 29). Тем самым не только Конституция РФ, но и УПК определяют главенствующее положение суда среди участников уголовного судопроизводства, наделяют его исключительными полномочиями.

Большинство уголовных дел до суда проходит стадию предварительного расследования, материалы которого, как и выводы лиц, ответственных за его проведение, имеют для суда лишь предварительное значение. При рассмотрении каждого уголовного дела он обязан принять все предусмотренные законом меры для полного и объективного исследования обстоятельств дела. Суд основывает свой приговор на доказательствах, которые были рассмотрены в судебном заседании, и не связан при вынесении приговора ничьим мнением. Судьи независимы и подчиняются только Конституции и федеральному закону (ст. 120 Конституции РФ).

УПК только суд наделил правом применения к лицу принудительных мер медицинского характера (гл. 51) и меры воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетних (гл. 50).

Суду предоставлены значительные полномочия по решению в ходе предварительного расследования важнейших вопросов, связанных с ограничением прав и свобод человека и гражданина, в том числе: избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста; продления сроков содержания под стражей; помещения подозреваемого, обвиняемого в медицинский или психиатрический диспансер; проведения в жилище обыска, выемки, осмотра; наложения ареста на корреспонденцию и т. п. (ч. 2. ст. 29 УПК). Наконец, суд правомочен в ходе досудебного производства рассматривать жалобы заинтересованных в том участников уголовного судопроизводства на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, дознавателя.

Суд действует в уголовном судопроизводстве как коллегиальный орган или в составе одного судьи. При этом единоличное рассмотрение уголовных дел по действующему УПК получило развитие. Если прежде это было лишь достоянием районных судов и мировых судей, то теперь возможно и для вышестоящих судов[3] . При этом единолично рассматриваются дела о преступлениях, максимальное наказание за совершение которых по закону не превышает десяти лет лишения свободы.

Сохраняется коллегиальный порядок рассмотрения уголовных дел в первой инстанции в составе трех федеральных судей (п.З. ч. 2 ст. 30 УПК). Надо отметить важную роль судьи, председательствующего в судебном заседании при рассмотрении дела в первой инстанции коллегиальным составом суда. На председательствующего закон возлагает принятие мер и осуществление многих других действий по обеспечению прав участников процесса и правильного хода судебного разбирательства, а также исследования материалов дела. Председательствующий руководит совещанием судей при постановлении приговора (ст. 301 УПК). В УПК имеются и другие положения, свидетельствующие о том, что судья (или председательствующий) осуществляет ряд уголовно-процессуальных действий единолично. В законе очерчен круг этих действий, равно как и вопросов, по которым он вправе или обязан выносить процессуальные акты (постановления).

Придавая большое значение объективности и беспристрастности суда, закон исходит из того, что один лишь факт наличия оснований, позволяющих усомниться в беспристрастности судьи и народных заседателей, должен повлечь устранение их из процесса. В связи с этим в УПК дан перечень обстоятельств, устраняющих судью от участия в рассмотрении дела (ст. 61 УПК).

2. Функции и полномочия суда на досудебных стадиях

Судебный контроль за законностью предварительного расследования уголовных дел предусматривался еще уставом уголовного судопроизводства 1864 г. В то время он осуществлялся в двух формах - контроля за рассмотрением окружным судом жалоб на действия судебного следователя и заключений прокурора о прекращении или приостановлении предварительного следствия (ст. 491-509 УПК РФ) и за деятельностью судебной палаты в качестве камеры предания суду (ст. 520-542 УПК РФ). При этом последний порядок звался в литературе ревизионным и считался обычным, а первый - исключительным.

Соблюдению процедуры обжалования действий судебного следователя придавалось большое значение. По правилу, выработанному кассационной практикой Сената, не обжалованные в установленном порядке нарушения порядка производства предварительного следствия не составляли кассационного повода, если эти нарушения были устранимы в судебном разбирательстве и не могли повлиять на решение присяжных заседателей.

Нельзя не отметить мудрость подхода дореволюционных процессуалистов к проблеме судебного контроля. С одной стороны, предварительное следствие находилось под полным судебным контролем (отложенным до момента предания суду). С другой стороны, вмешательство суда, которому предстояло рассматривать уголовное дело по существу, в производство предварительного следствия было разумно ограничено и не превращалось в руководство им. Такое решение создавало достаточные гарантии как законности, всесторонности, полноты и объективности предварительного следствия, так и независимости суда.

Если же обратиться к действующему УПК РФ, то окажется, что объем судебно-контрольной деятельности в досудебных стадиях уголовного процесса значительно вырос. В досудебном производстве по уголовному делу суду теперь принадлежит ряд важных полномочий, связанных с принятием решений и дачей разрешений на выполнение процессуальных действий, ограничивающих конституционные права и свободы личности, рассмотрением жалоб на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя (ст. 29 УПК РФ). Что касается стадии подготовки к судебному заседанию, то возможности суда влиять на законность, всесторонность, полноту и объективность предварительного расследования в этой стадии крайне ограничены и серьезной гарантии законности предварительного следствия не составляют. Такой вывод во многом обусловлен отказом законодателя от института возвращения дел на дополнительное расследование.

Реализация полномочий суда в досудебном производстве осуществляется с помощью различных процедур, которые существенно отличаются друг от друга. Схематично их можно разбить на следующие группы:

- избрание меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и продление срока содержания под стражей (ст. ст. 107, 108, 109);

- помещение подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производству судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертиз; осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц; выемка и обыск в жилище; личный обыск; выемка предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных организациях; наложение ареста на корреспонденцию и выемку ее в учреждениях связи; наложение ареста на имущество, контроль и запись телефонных и иных переговоров (ст. 165);

- временное отстранение обвиняемого от должности (ст. 114);

- рассмотрение жалоб на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя (ст. 125).

Кроме полномочий суда в досудебном производстве, закрепленных в ст. 29, можно выделить ряд полномочий, которые определяются другими

статьями УПК РФ. В ст. 110 УПК РФ указано, что мера пресечения, избранная на основании судебного решения, может быть отменена или изменена только судом. Статьей 118 предусмотрены полномочия суда по наложению денежного взыскания за неисполнение участниками уголовного судопроизводства процессуальных обязанностей, в том числе допущенных в ходе досудебного производства. Вопрос об обращении в доход государства залога на различных стадиях судопроизводства также является исключительной прерогативой суда.

Наиболее существенное отличие процедур друг от друга заключается в сроках рассмотрения ходатайств и жалоб. Так, при решении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста постановление о возбуждении соответствующего ходатайства судья обязан рассмотреть в течение 8 часов с момента поступления материалов в суд (ст. 108 УПК). Срок рассмотрения ходатайства о производстве следственного действия в порядке ст. 165 УПК установлен такой: не позднее 24 часов с момента поступления ходатайства. Решить вопрос о временном отстранении обвиняемого от должности судья обязан в течение 48 часов с момента поступления ходатайства (ст. 114). Судья проверяет законность и обоснованность действий (бездействия) и решений дознавателя, следователя, прокурора в течение 5 суток со дня поступления жалобы (ст. 125). В те же сроки (5 дней) решаются судом вопросы о наложении денежного взыскания на нарушителей процессуальных обязанностей и об обращении в доход государства залога в предусмотренных законом случаях.

Предложенная УПК модель судебного контроля над предварительным следствием не свободна от внутренних противоречий, связанных с определением статуса суда.[4] Широкие полномочия в досудебном производстве предоставлены суду при явном недостатке процессуальных прав, необходимых для их надлежащего отправления. В частности, при решении вопросов, отнесенных к компетенции суда в предварительном производстве, материалы уголовного дела предоставляются ему лишь по усмотрению следователя (дознавателя, прокурора), при этом в законе не закреплено право суда и требовать дополнительные материалы. При решении вопросов, указанных в ч. 2 ст. 29 УПК РФ, суд связан доводами ходатайств (жалоб), и может выходить за пределы требований заинтересованной сторон (ч. 5 ст. 125 УПК РФ).

Скупость российского законодателя при наделении суда полномочиями по осуществлению судебного контроля ясно выявляется при обращении к зарубежному законодательству.

Противоречива и уголовно-процессуальная функция суда в досудебном производстве. Если прокурор, давая согласие на обращения следователя (дознавателя) в суд с ходатайством об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения (ч. 3 ст. 108 УПК РФ) либо, например, о производстве обыска в жилище (ч. 1 ст. 165 УПК РФ), считается осуществляющим уголовное преследование, то суд, явно способствующий своими решениями уголовному преследованию, провозглашается законом органом правосудия, разрешения дела.

Между тем реализованная в УПК РФ модель судебного контроля являлась безальтернативной. Предлагалось вернуться к модели судебного контроля, предусмотренной УПК РСФСР 1923 г. В соответствии со ст. 212 УПК 1923 г. жалобы участников уголовного процесса на действия следователя, нарушающие или стесняющие их права, подавались прокурору того района и суда, где состоял следователь. В случае несогласия жалобщика с постановлением прокурора последнее могло быть обжаловано им в губернский суд (ст. 220 УПК).

Такое решение представляется предпочтительным.

Во-первых, оно охраняет суд от опасных крайностей - превращения в фактического руководителя предварительного расследования, что ставит под сомнение его беспристрастность, либо обращения в «камеру штемпелевания» решений органов, ведущих предварительное расследование.

Во-вторых, путем преобразования в орган, преимущественно разрешающий жалобы на постановления прокурора, суд действительно, а не формально освобождается от осуществления обвинительной деятельности. В-третьих, предотвращается возможность того, что обвиняемый (подозреваемый), защитник смогут парализовать производство предварительного расследования посредством непрерывных обращений в суд.

В рамках предлагаемой новой (УПК РФ) ипостаси суда как органа по большей части разрешения жалоб на постановления прокурора права суда должны быть расширены. В частности, суд не может быть связан содержанием поступивших жалоб, должен иметь право истребовать у следователя (дознавателя, прокурора) любые необходимые дополнительные материалы.

Уголовно-процессуальная функция суда в досудебном производстве должна определяться с учетом:

а) назначения досудебного производства;

б) необходимости предотвращения смешения уголовно-процессуальных функций прокурора и суда.[5]

Назначение досудебного производства по уголовному делу состоит в том, чтобы собрать необходимые и достаточные доказательства для решения вопроса о виновности подсудимого в судебном заседании.

В судебном разбирательстве на суд возложена обязанность рассмотреть и разрешить уголовное дело, поэтому при осуществлении своих полномочий в досудебном производстве он заинтересован в законном, полном, всестороннем и объективном расследовании. Однако ведущая роль в решении задач досудебного производства отводится не суду, а прокурору. Его государственно-правовая функция блюстителя законности проявляется там, в норме уголовно-процессуальной функции надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия (ч. 1 ст.37 УПК). Выполнение этой функции должно обеспечить эффективное и успешное решение задач предварительного расследования и осуществление уголовно-процессуальной функции прокурора в судебном разбирательстве - обличения подсудимого перед судом (ч. 4 ст. 37 УПК). Что касается указанного в ч. 1 ст.37 УПК в качестве функции прокурора уголовного преследования, то этот вид уголовно-процессуальной деятельности представляет собой одну из форм осуществления процессуальных функций прокурора (а также следователя, дознавателя), но не саму функцию. Поэтому нельзя разделить позицию законодателя, причислившего указанных субъектов к стороне обвинения (гл. 6 УПК).

Недоработкой законодателя также следует, считать отсутствие в законе временных рамок для рассмотрения судом ходатайств о продлении сроков содержания под стражей. В ч. 2 ст. 109 указывается, что срок содержания под стражей может быть продлен судьей в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК. Однако в этой норме говорится только о требованиях, предъявляемых к содержанию ходатайства. При подобном пробеле закона остается надеяться, что судья, в силу своей добросовестности, выберет наиболее подходящую аналогию закона, а не заволокитит принятие важнейшего процессуального решения.

Законодательным пробелом следует считать и неурегулированность вопроса об отмене и изменении меры пресечения, избранной на основании судебного решения. Кроме общих положений о том, что подобная мера пресечения может быть отменена или изменена только судом, когда в ней отпадает необходимость или изменяются основания для избрания именно этой меры пресечения, никаких других условий УПК не устанавливается. При применении этой нормы неизбежно возникают следующие вопросы:

- может ли суд на досудебной стадии производства по своей инициативе решать вопрос об отмене и изменении меры пресечения;

- кто именно из участников процесса должен (имеет право) ставить вопрос перед судом об отмене или изменении меры пресечения;

- в какой форме это должно делаться (жалоба, ходатайство, заявление);

- каковы сроки рассмотрения вопроса об отмене, изменении меры пресечения; - каков состав участников судебного разбирательства.

Ответить на эти, несомненно, важные вопросы можно только при внесении дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс.

Рассмотрим теперь полномочия суда при разбирательстве уголовного дела в суде первой инстанции.

3. Функции и полномочия суда при разрешении уголовных дел в суде первой инстанции

В науке уголовного процесса общепризнано, что функцией суда в стадии судебного разбирательства является осуществление правосудия путем разрешения уголовного дела. Поэтому необходимо рассмотреть понятие правосудия (применительно к уголовному процессу).

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 118 Конституции РФ «судебная власть осуществляется посредством... уголовного судопроизводства», «Правосудие в РФ осуществляется только судом»[6] . Термин «правосудие» используется в Конституции для обозначения важнейшего направления деятельности суда при осуществлении судебной власти путем судопроизводства (например, уголовного). Однако «правосудие не исчерпывает всего объема судебной деятельности», - отмечается в комментарии к Конституции РФ. Из этого следует. что правосудие осуществляется не во всех стадиях уголовного процесса, ибо, в частности, признать обвиняемого виновным и назначить ему меру наказания можно лишь приговором, а он постановляется только по итогам судебного заседания суда первой или апелляционной инстанции (п. 28 ст. 5 УПК).

Однако в соответствии с п. 50 ст. 5 УПК судебное заседание есть процессуальная форма осуществления правосудия в ходе досудебного и судебного производства по уголовному делу. Иными словами, в уголовном судопроизводстве деятельность суда в любом судебном заседании признается осуществлением правосудия. Таким образом, по сравнению с Законом «О судоустройстве РСФСР» содержание понятия правосудия в УПК существенно расширено: по сути, законодатель попытался отождествить «осуществление судебной власти путем уголовного судопроизводства» и «осуществление правосудия по уголовным делам». Решение более чем спорное, поскольку правосудие есть важнейшее, но не единственное полномочие судебной власти и суда как ее носителя.

Наука уголовного процесса не выработала общепризнанное определение правосудия. В процессуальной литературе имеется несколько точек зрения, рассмотрим некоторые из них. Так, М.А. Чельцов определял правосудие как государственную деятельность, выполняемую советскими судами на основе социалистического демократизма и состоящую в применении социалистического права к отдельным фактическим отношениям и облеченную в форму разбирательства дел с участием заинтересованных лиц.

А.Д. Бобков считает, что правосудие по уголовному делу есть «государственная деятельность, осуществляемая судом в специальной процессуальной форме путем рассмотрения в судебных заседаниях уголовных дел об общественно опасных деяниях и иных правонарушениях, влекущих применение (или отказ от применения) путем принятия общеобязательного решения (акт правосудия) существенных мер государственного принуждения... в целях борьбы с правонарушениями и преступностью, укрепления социалистического правопорядка, защиты интересов государства, прав и свобод советских граждан».[7]

К.Ф. Фуценко понимает под правосудием «осуществляемую судом правоохранительную деятельность по рассмотрению и разрешению гражданских, уголовных и подведомственных судам административных дел при неуклонном соблюдении требований закона и установленного им порядка, обеспечивающих законность, обоснованность, справедливость и общеобязательность судебных решений.[8]

АЛ. Васильев полагает, что правосудие по уголовному делу это основанное на законе всестороннее, полное и объективное исследование судом всех его обстоятельств, для установления события преступления и лиц, виновных в его совершении, а также для справедливого наказания преступников.[9]

Как видим, в главном - определении основных признаков правосудия -приведенные понятия совпадают.

Собственный подход к определению правосудия предлагает ВЛ. Нажимов. Правосудие он рассматривает как особый вид государственной деятельности по охране общественных отношении путем применения права к конкретным общественным конфликтам с использованием в необходимых случаях существенных мер государственного принуждения. Приведенные выше определения В.П. Нажимов считает тавтологичными: с одной стороны, суд - орган правосудия, с другой - правосудие есть деятельность суда. Это ценное замечание. Получается, что принцип осуществления правосудия только судом лишен самостоятельного содержания, так как не предполагает существования альтернативного решения.

Между тем правосудие как одно из направлений государственной деятельности не всегда осуществлялось независимым и беспристрастным судом. На ранних этапах развития государства судебные функции возлагались не на специально созданный независимый и беспристрастный орган, а на царей, вождей, жрецов, и т.д.

Однако отправление судебных функций как одна из разновидностей управленческой деятельности имело некоторые особенности: исключительная общественная значимость решаемых вопросов и особые обряды исполнения. Эти обряды, торжественные религиозные ритуалы, детально разработанная процедура, малейшее отступление от которой аннулировало результаты судоговорения, есть не что иное, как исторически первая гарантия правосудности разрешения общественно важных конфликтов. И лишь в XIX-XX вв. завершилось окончательное размежевание судебных и административных органов, что и выразилось в утверждении принципа осуществления правосудия только судом.[10]

Таким образом, сущностным признаком правосудия по уголовным делам, присущим ему на всех этапах развития, является то, что оно осуществляется в особой процессуальной форме, выступающей в качестве гарантии прав и законных интересов участников процесса и основного метода уголовно-процессуального регулирования. Коренные признаки данной процессуальной формы в настоящее время определяются системой конституционных демократических принципов правосудия: равенства всех перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ), состязательности сторон (ч. 3 ст. 123), независимости судей (ч. 1 ст. 120), гласности судебного разбирательства (ч. 1 ст. 123) и др.

Сказанное не означает, что правосудию несвойственны и другие признаки, выделяемые в процессуальной литературе, прежде всего суд как особый и единственный государственный орган, уполномоченный выполнять эту деятельность, и без него перечисленные выше принципы нереализуемы. Но важно подчеркнуть, что данный признак характерен для правосудия в его современной, развитой форме, а не для правосудия на ранних стадиях его развития.

Всякая ли процессуальная деятельность суда является правосудием? В ходе производства по уголовному делу перед судом встают вопросы различной правовой природы: от главного вопроса уголовного дела (о наличии уголовно-правового отношения между государством и подсудимым) до вопросов, возникающих в связи с уголовным судопроизводством: о снятии судимости (ст. 400 УПК), о наложении денежных взысканий (ст. 118 УПК). Правовая природа (и значимость) разрешаемого судом вопроса определяет сложность применяемой для этого процессуальной формы, разработанность системы процессуальных гарантий, степень выраженности принципов правосудия. Называть правосудием всякую деятельность суда в форме судебного заседания по решению любого подведомственного ему вопроса - значит выхолащивать понятие правосудия, не учитывать, что исторически деятельность по отправлению правосудия подразумевает (в силу общественной значимости разрешаемых вопросов) максимальный объем процедурных процессуальных гарантий.

Следовательно, правосудием является лишь такая деятельность суда, процессуальная форма которой предполагает обязательное участие заинтересованных участников уголовного процесса или по меньшей мере их представителей, предоставление им предельно широких процессуальных гарантий, обеспечивающих правильное решение важнейших вопросов уголовного дела - о вине и наказании. Условия, отвечающие этим требованиям, обеспечиваются главным образом состязательным построением стадии судебного разбирательства, когда решается основной вопрос уголовного дела с обязательным участием сторон обвинения и защиты, наделенных равными правами в исследовании доказательств с соблюдением иных конституционных принципов правосудия.

Как уже было упомянуто, ч. 2 ст. 15 УПК указывает на существование функций разрешения дела. Теперь можно определить содержание и пределы этой функции: разрешение уголовного дела осуществляется судом в стадии судебного разбирательства на основе принципа состязательности сторон и представляет собой осуществление правосудия.

Сделанный вывод не умаляет значение иных полномочий суда, реализация которых происходит в несостязательном порядке и не является правосудием, поскольку не обладает его существенным признаком: не связано с решением основного вопроса уголовного дела при предоставлении заинтересованным участникам процесса максимального объема процессуальных гарантий. Ибо зависимость сложности процессуальной формы и объема процессуальных гарантий от правовой природы решаемого судом вопроса закономерна и сама по себе составляет одну из гарантий прав личности.

Таким образом, правосудие по уголовному делу представляет собой осуществляемую в установленной законом специальной форме деятельность компетентного государственного органа, суда по рассмотрению и разрешению уголовных дел в судебном разбирательстве на основе принципа состязательности сторон и других принципов указанной деятельности, итогом которой является общеобязательное решение о признании лица виновным в совершении преступления и применении к нему (или отказе от применения) существенных мер государственного принуждения либо оправдании невиновного, в целях охраны прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечения мира и безопасности человечества, а также предупреждения преступлений (ч. 1 ст. 2 УК РФ).

Как указал Конституционный суд РФ, наделение суда функцией осуществления правосудия предполагает предоставление суду необходимых и достаточных для надлежащего осуществления этой функции полномочии суд должен иметь право не только руководить разбирательством дела (ч. 3 ст. 15, ст. 243 УПК), но и активно участвовать в исследовании его доказательственной базы, достаточность которой определяет законность и обоснованность будущего приговора10. Тем не менее в УПК процессуальная активность суда по многим направлениям существенно ограничена.[11]

Так, в предварительном слушании суд обязан удовлетворить ходатайство стороны об исключении доказательства, если противная сторона против этого не возражает (ч.5 ст.234 УПК). В судебном разбирательстве суд не определяет порядок исследования доказательств (ст. 274) и не вправе по собственной инициативе огласить показания подсудимого, данные в ходе производства предварительного расследования или в суде (ч. 1 ст. 276); нет указаний на право суда по собственной инициативе вызывать свидетелей (ч. 3 ст. 278) и осматривать вещественные доказательства (ч. 1 ст.284); ограничены возможности суда огласить показания свидетеля и потерпевшего, данные в ходе производства предварительного расследования или в суде (ч. 2 ст. 281). Возможность отмены приговора суда в кассационном (апелляционном) и надзорном порядке в связи с односторонностью или неполнотой судебного следствия исключена (ч. 1 ст. 379; ч. 1 ст. 409). Поэтому правы процессуалисты, призывающие восстановить обязанность суда принимать все предусмотренные законом меры к всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела и установлению истины (ч.2 ст.243 УПК РСФСР 1960 г.) - обязанность, необходимость которой обоснована еще составителями и современниками Судебных Уставов.

На решение законодателя отказаться от закрепления в законе рассматриваемой обязанности известное влияние оказала позиция Конституционного суда РФ, которая представляется непоследовательной. В 1999 г., опираясь на расхожие представления о сущности принципа состязательности сторон, характерного, суд пришел к выводу, что процессуальная активность суда всегда означает обвинительную направленность и поэтому является недопустимой. Но уже в 2001 г. Суд свою точку зрения существенно изменил и признал, что процессуальная активность суда, ограниченная пределами судебного разбирательства, конституционным нормам не противоречит.

Закономерно, что и в правовых системах многих зарубежных стран суд наделен правом активно участвовать в исследовании фактических обстоятельств дела. Значительные полномочия по исследованию доказательств предоставляет суду УПК европейских стран: Беларуси (ч. * 2ст. 326; ч. 2 ст. 328; ст. 329; ч. 3 ст. 331; ч. 1 ст. 338; ст. 339 УПК ' Республики Беларусь), Бельгии, Болгарии, Германии (ст. 244 УПК ФРГ), Греции, Дании, Украины (ст. 301, 303,306,310, 315 УПК Украины), Франции (ст. 310 УПК Франции), Швеции (гл. 45 Процессуального кодекса Швеции); азиатских странах (ст.24 УПК Республики Казахстан), Китая (ст. 155,158, 165 УПК КНР); стран Африки: Кении, Марокко, а также Американского континента - США (правила 611, 614 Федеральных правил доказывания).[12] Этот перечень может быть продолжен, однако данного вполне достаточно для вывода о том, что эффективность судебного разбирательства зависит как от всестороннего, полного и объективного предварительного расследования, так и от построения судебного следствия, призванного обеспечить достоверное установление всех обстоятельств дела под руководством и с участием независимого и беспристрастного суда.

Следует отметить, что и Конституционный суд РФ в постановлении от 8 декабря 2003 г., пришел к выводу, что «правосудие по своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах».

Выполняя свою уголовно-процессуальную функцию в судебном разбирательстве, суд, в отличие от государственного обвинителя, не доказывает тот или иной заранее выдвинутый тезис, не имеет целью изобличить подсудимого в совершении преступления (п. 55 ст. 5; ч. 4 ст. 37 УПК). Суд осуществляет доказывание для беспристрастного установления всех обстоятельств дела (ст. 73 УПК). В результате процессуальной деятельности суда могут быть сформированы как обвинительные, так и оправдательные доказательства. Других доказательств в уголовном процессе нет. Однако из факта получения судом тех или иных доказательств не может быть сделан вывод, что, суд принял на себя выполнение функции обвинения либо зашиты. Уголовно-процессуальная функция суда такова, что не обязывает его, в отличие от государственного обвинителя и защитника, перед производством следственного действия прогнозировать, какое доказательство будет впоследствии сформировано. Она обязывает его не иметь целью получение только или преимущественно одного вида доказательств обвинительных или оправдательных (ч.З ст. 15 УПК).

Единственный способ гарантированно избежать «уклонов» в работе суда - вообще лишить его права участвовать в доказывании. Но не слишком ли высока цена такой судейской беспристрастности? На наш взгляд, обязанность государства защищать права человека, в том числе право обвиняемого не быть осужденным, пока его вина не доказана (ст.2, ч. 1 ст. 17, ст. 18, ч. 1 ст.45, ст.49 Конституции РФ), равно как и интересы правды, справедливости, в уголовном процессе, заставляет желать активности суда и мириться с неизбежно таящейся в активной позиции суда возможностью тех или иных «уклонов» в его деятельности.

Рассмотрев вопросы, связанные с разбирательством уголовных дел на досудебной стадии и в суде первой инстанции перейдем к рассмотрению вопроса пересмотра судебных решений.


4. Пересмотр судебных решений

Цели и задачи правосудия считаются достигнутыми только при постановлении законного, обоснованного и справедливого приговора и обеспечении его надлежащего исполнения. Если же приговор не отвечает таким требованиям, то он противоречит самой сущности правосудия.

В этой связи для своевременного выявления и устранения возможных судебных ошибок законодателем предусмотрена целая система мер за законностью и справедливости приговоров и иных решений, к которым можно отнести следующие институты: институты апелляции, кассации, надзора и институт по вновь открывшимся обстоятельствам.

Субъектами обжалования судебного решения в порядке апелляции и кассации являются: осужденный, оправданный, их защитники и законные представители, государственный обвинитель, потерпевший и его представитель (ч. 4 ст. 354 УПК). Гражданский истец, гражданский ответчик или их представители вправе обжаловать судебное решение в части, касающейся гражданского иска (ч. 5 ст. 354 УПК).

Как апелляционные, так и кассационные жалобы и представления приносятся через суд, постановивший приговор или вынесший иное обжалуемое судебное решение (ч. 1 ст. 355 УПК).

При этом апелляционные жалобы и представления подаются (адресуются) в районный суд (ч. 2 ст. 355 УПК).

Кассационные же жалобы и представления подаются (адресуются):

1) на приговор или иное решение первой или апелляционной инстанции районного (городского) суда - в судебную коллегию по уголовным делам суда субъекта Федерации;

2) на приговор или иное решение суда субъекта Федерации - в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации;

3) на приговор или иное решение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации - в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации (ч.З ст.355 УПК).

Приговоры или иные решения военных судов обжалуются в таком же порядке в соответствующие по уровню вышестоящие военные суды, указанные в федеральном конституционном законе о военных судах (ч.4 ст. 355 УПК).

Не подлежат обжалованию в апелляционном и кассационном порядке определения или постановления, вынесенные в ходе судебного разбирательства по следующим вопросам:

1) о порядке исследования доказательств;

2) об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства, что не исключает непосредственного в дальнейшем заявления этих же ходатайств в сам суд апелляционной или кассационной инстанций;

3) о мерах обеспечения порядка в зале судебного заседания, за исключением определений или постановлений о наложении денежного взыскания (ч. 5 ст. 355 УПК).

Обжалование всех иных определений и постановлений, не затрагивающих перечисленные вопросы, вынесенных во время судебного разбирательства возможно, но это не приостанавливает судебное разбирательство (ч. 6 ст. 355 УПК).

Жалобы на представление на приговор или иное решение суда первой инстанции могут быть поданы сторонами в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня провозглашения приговора, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В течение указанного срока уголовное дело не может быть истребовано из суда. Жалобы или представления, поданные с пропуском срока, оставляются без рассмотрения (ст. 356 УПК).

Однако в случае пропуска срока обжалования по уважительной причине (болезнь, отсутствие средств сообщения и т.п.) субъекты обжалования могут ходатайствовать перед судом, вынесшим обжалуемое решение, о восстановлении пропущенного срока. Данное ходатайство рассматривается в судебном заседании судьей, председательствовавшим в судебном разбирательстве уголовного дела, и может разрешиться положительно также в случае, если копии обжалуемого судебного решения были вручены субъектам обжалования по истечении 3 суток со дня его провозглашения.

Постановление судьи об отказе в восстановлении пропущенного срока может быть обжаловано в вышестоящий суд (ст. 357 УПК).

Суд, постановивший приговор или вынесший иное обжалуемое решение, извещает о принесенных жалобе или представлении и направляет их копии сторонам, участвующим в деле, если жалоба или представление затрагивают их интересы, с разъяснением возможности подачи на указанные жалобу или представление возражений в письменном виде с указанием срока подачи. Подобные возражения подлежат приобщению к материалам уголовного дела (ст. 358 УПК).

Подача жалобы или представления влечет за собой (в соответствии со ст. 359 УПК) следующие последствия:

1. Приостанавливается приведение приговора в исполнение, за исключением случаев, когда подсудимый, находящийся под стражей, подлежит немедленному освобождению в зале суда, т.е. при вынесении: оправдательного приговора; обвинительного приговора без назначения наказания; обвинительного приговора с назначением наказания и с освобождением его от отбывания; обвинительного приговора с назначением наказания, не связанного с лишением свободы условно (ст. 311 УПК).

2. По истечении срока обжалования суд, вынесший обжалуемое решение, направляет уголовное дело с вынесенными жалобами, представлением и возражениями на них в суд апелляционной или кассационной инстанции, о чем сообщается сторонам.

3. Лицо, подавшее жалобу или представление, вправе отозвать их до начала заседания апелляционной или кассационной инстанции. При этом подобный отзыв, если жалобы не подавались иными участниками процесса, предполагает прекращение производства по делу.

4. Лицо, подавшее жалобу или представление, до начала судебного заседания вправе изменить их либо дополнить новыми доводами. При этом в дополнительном представлении прокурора или его заявлении об изменении представления, равно как и в дополнительной жалобе потерпевшего, частного обвинителя или их представителей, поданных по истечении срока обжалования, не может быть поставлен вопрос об ухудшении положения осужденного, если такое требование не содержалось в первоначальных жалобе или представлении[13] .

По результатам рассмотрения жалобы и представления, касающихся судьбы гражданского иска, суд вправе вынести определение об отмене или изменении обжалуемого решения либо оставления жалобы или представления без удовлетворения (ч. 5 ст. 359 УПК). Как представляется, смысл данной нормы сводится к возможности принятия соответствующих решений исключительно на основе рассмотрения жалобы и представления еще до рассмотрения дела в апелляционном или кассационном порядке.

Устанавливая пределы рассмотрения уголовного дела судом апелляционной или кассационной инстанции, законодатель определяет, что они сводятся к проверке законности, обоснованности и справедливости судебного решения лишь в той части, в которой оно обжаловано, и в отношении тех осужденных, которых касайся жалобы и представления (1. 2 ст. 360 УПК). При рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке суд вправе смягчить осужденному наказание или применить уголовный закон о менее тяжком преступлении, но не вправе, в отличие от суда апелляционной инстанции, непосредственно применить уголовный закон о более тяжком преступлении (ч. 3 ст. 360 УПК).

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации является правовым инструментом борьбы с преступностью и одновременно средством защиты прав участвующих в деле лиц. Он обязан обеспечить разумный и справедливый баланс прав и интересов участников судопроизводства как со стороны защиты, так и со стороны обвинения.

Предметом пересмотра в суде надзорной инстанции являются судебные решения нижестоящих судов, вступившие в законную силу, если при рассмотрении уголовного дела были допущены существенные нарушения закона. Нарушения закона привели к выяснению несправедливого, необоснованного судебного решения.

Глава 48 УПК РФ, регламентирующая порядок производства в суде надзорной инстанции, в отличие от ранее действовавшего порядка устанавливает совершенно другой подход к пересмотру вступивших в законную силу судебных решений. Изменен ряд важных положений и особенностей стадии надзорного производства.

Ранее надзорное производство являлось особой, исключительной стадией уголовного процесса, так как в ней пересматривались судебные решения, вступившие в законную силу, и в связи с этим порядок обращения в вышестоящие судебные инстанции был затруднен. Опротестование приговоров, постановлений, определений нижестоящих судов зависело от решения должностных лиц вышестоящей прокуратуры и суда.

Новый уголовно-процессуальный закон значительно упростил порядок обжалования и коренным образом изменил содержание рассматриваемой стадии уголовного процесса.

Институт опротестования приговоров и других судебных решений был упразднен. При пересмотре судебного решения в порядке надзора стал невозможен поворот к худшему.

В отличие от прежнего порядка надзорного производства ст. 405 УПК РФ не допускает при пересмотре судебных решений в порядке надзора ухудшения положения осужденного.

Если в представлении прокурора либо жалобе потерпевшего ставится вопрос о пересмотре обвинительного приговора в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или иным причинам, влекущим ухудшение положения осужденного, такие обращения судом надзорной инстанции не принимаются и подлежат возврату. Законодатель лишил сторону обвинения права требовать пересмотра несправедливого судебного решения, вступившего в законную силу. Оставил возможность представить свои письменные возражения на жалобу стороны защиты и то только в том случае, если это не ухудшает положения осужденного.

Следующее изменение касается содержания ст.402 УПК РФ. Часть первая этой статьи устанавливает, что правом обжалования вступивших в законную силу приговоров, определений, постановлений обладают: осужденный, оправданный, их защитники, законные представители, потерпевший, его представитель, а также прокурор. Остальные участники уголовного судопроизводства в лице гражданского истца, гражданского ответчика, их представителей такого права законодателем лишены. И даже если они захотят внести жалобу с целью увеличения или уменьшения суммы гражданского иска, жалоба у них принята не будет[14] .

Положительным моментом данного института является четкий перечень надзорных судов с указанием, в какой суд может быть обжаловано то или иное судебное решение. Регламентировано содержание надзором жалобы и порядок ее внесения. Если жалоба не соответствует предъявленным требованиям или подана не в тот суд, она возвращается заявителю с указанием допущенных нарушений.

Ст. 407 УПК РФ, регламентирующая порядок рассмотрения уголовного дела судом надзорной инстанции, содержит ряд новых положений, которые недостаточно проработаны и вызывают определенные трудности при их применении. В части первой говорится, что суд извещает о дате, времени, месте судебного заседания лиц, перечисленных в ст.402 УПК РФ, - это осужденный, оправданный, их защитники, законные представители, потерпевший, его представитель и прокурор это же время в части второй утверждается, что в судебном заседании принимают участие прокурор, осужденный, оправданный, их защитники, законные представители и иные лица, чьи интересы (непосредственно затрагиваются жалобой, при условии заявления ими ходатайства об этом). Указным лицам предоставляется возможность ознакомиться с надзорной жалобой или представлением. Исчезли потерпевший и его представитель. Право на обжалование судебных решений должно распространяться на всех участников уголовного судопроизводства.

Таким образом, мы подошли к заключению рассмотрения выбранной нами тематики.


Заключение

Анализ положений нового уголовно-процессуального законодательства и в частности правового статуса суда позволяет сделать вывод о том, что конструкция некоторых норм, в том числе и полномочий суда, подлежит законодательной корректировке.

Несмотря на то, что разработчики нового Уголовно-процессуального кодекса стремились, как можно наиболее полно наделить суд полномочиями, им не удалось четко разграничить полномочия между судебными органами и органами прокуратуры.

На наш взгляд, в новом законе недостаточно обращено внимания на совершенствование полномочий суда в досудебном производстве и при пересмотре судебных решений.

Новый Уголовно-процессуальный кодекс РФ, хотя и во многом усовершенствован по сравнению с предшествующим Кодексом, однако по-прежнему не учитывает, а в некоторых случаях снижает роль судебных органов.

С другой стороны, с момента вступления УПК РФ суды, получили широчайшие полномочия в судебном производстве, которые могут оказаться в положении, когда их реализация будет крайне затруднительна.

Но, не смотря на пробелы в действующем уголовно-процессуальном кодексе, необходимо всегда помнить, что от грамотного, полного, законного и объективного рассмотрения судом уголовного дела, зависит вынесения справедливого и законного решения, которым наделен суд.


Список используемой литературы

1. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. // Российская газета. – 1993. – 25 декабря.

2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (с изм. от 6 декабря 2007 года) // СЗ РФ от 24 декабря 2001 г. - № 52 (часть I) - Ст. 4921.

3. Бурман И.С. Принцип состязательности в теории и судебной практике / / Российская юстиция. 2001. №2 С. 33.

4. Васильев О.Л. Отечественное правосудие на перепутье // Журнал российского права.2001. № 5. С. 55-56.

5. Владимиров ЛЕ. Учение об уголовных доказательствах. Тула, 2000. С. 163-164.

6. Ветрова Г. Развитие российского уголовно-процессуального законодательства: Краткий очерк // Человек и закон. – 2002. – № 1. – С. 24.

7. Гуценко К.Ф. Ковалев МА. Правоохранительные органы: Учебник для юридических вузов и факультетов // Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 2004. С. 71.

8. Зажицкий В. Новые нормы доказательственного права и практика их применения // Российская юстиция. 2003. №27. С. 45 - 46.

9. Кононенко Мировой суд // Российская юстиция. – 2004. - №4. С. 5.

10. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. Д.Н. Козака, Е.Б. Мизулиной. М.: Юристъ, 2004. – С. 134.

11. Лебедев В. Правосудие // Российская Юстиция. – 1999. - №9. С. 4..

12. Лезим 0.3. Сущность права. Проблемы теории и философии права. М, 2002. – С. 45.Наздратенко Е. Единая судебная система // Российская юстиция. 1998. - №11. С. 7.

13. Трикс А.В. Справочник прокурора – «Питер», 2007 г. – С. 79

14. Уголовно-процессуальное право (Уголовный процесс): Учебник для вузов / Под ред. Г.П. Химичевой, О.В. Химичевой. - 3-е изд., перераб. и доп. - М.: ЮНИТИ_ДАНА, Закон и право, 2004. - С. 276.

15. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник для ВУЗов/ ред. Проф. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2005. - С. 337.

16. Элькид П.С. Сущность советского уголовно-процессуального права. П., 1963. С. 54-55.

17. Шилев И.Д.Функции суда // Российский следователь. – 2003. - № 4. С.- 34.


[1] Шилев И.Д.Функции суда // Российский следователь. – 2003. - № 4. С.- 34.

[2] Элькид П.С. Сущность советского уголовно-процессуального права. П., 1963. С. 54-55.

[3] Кононенко Мировой суд // Российская юстиция. – 2004. - №4. С. 5.

[4] Наздратенко Е. Единая судебная система // Российская юстиция. 1998. - №11. С. 7.

[5] Лебедев В. Правосудие // Российская Юстиция. – 1999. - №9. С. 4..

[6] Зажицкий В. Новые нормы доказательственного права и практика их применения // Российская юстиция. 2003. №27. С. 45 - 46.

[7] Курс советского уголовного процесса. Общая часть // Под ред. А.Д. Бойкова, И.И. Карпеца. М., 1989. С. 26-27.

[8] Гуценко К.Ф. Ковалев МА. Правоохранительные органы: Учебник для юридических вузов и факультетов // Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 2004. С. 71.

[9] Васильев О.Л. Отечественное правосудие на перепутье // Журнал российского права.2001. № 5. С. 55-56.

[10] Лезим 0.3. Сущность права. Проблемы теории и философии права. М, 2002. – С. 45.

[11] Бурман И.С. Принцип состязательности в теории и судебной практике / / Российская юстиция. 2001. №2 С. 33.

[12] Владимиров ЛЕ. Учение об уголовных доказательствах. Тула, 2000. С. 163-164.

[13] Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник для ВУЗов/ ред. Проф. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2005. - С. 337.

[14] Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник для ВУЗов/ ред. Проф. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2005. - С. 337.