Курсовая работа: Гармония разума и веры как центральная идея философии Фомы Аквинского

Название: Гармония разума и веры как центральная идея философии Фомы Аквинского
Раздел: Рефераты по философии
Тип: курсовая работа

Московский

Гуманитарно-Экономический институт.

Тверской филиал.

Курсовая работа.

Студентки: Иванец Алены Юрьевны

Факультет: Экономики и управления

Специальность: Менеджмент организации

Учебная дисциплина: Философия

Тема: «Гармония разума и веры как центральная идея философии Фомы Аквинского»

Группа: МБ 331

Защищена Руководитель: Д.ф.н. Иванов Н.И.

_________________________

«__»___________2010год. Оценка «____»

Содержание.

Введение. 3с.

1.Теология и наука 6с.

2. Метафизическая теория бытия. 11с.

2.1 Сущность и существование. 13с.

2.2 Материя и форма 14с.

2.3 "Доказательства" бытия Бога. 15с.

3. Теория познанияо Фомы Аквинского. 19с.

4. Антропология Фомы Аквинского. 21с.

5. Этика. 23с.

5.1 О человеке и его душе. 24с.

5.2 О познании. 25с.

Заключение. 26с.

Список используемой литературы. 30с.

Введение.

XIII век - характерная черта этого столетия - медленное, но неуклонное

нарастание в лоне феодализма его разложение, формирование зачатков нового, капиталистического строя.

Развитие товарно-денежного хозяйства в странах Западной Европы вызвало значительное экономическое оживление. Изменение в производственных отношениях, неизбежно вызвали определенные преобразования в идеологической надстройке. Вследствие этого в конце XII в. и первой половине XIII в. феодальные города начинают стремиться к созданию собственной интеллектуальной и культурной атмосферы. Городская буржуазия стремится к развитию городских школ, возникновению университетов.

Философским выражение пробуждения этой жизни и расширения научногопознания был воспринятый аристотелизм. В философии Аристотеля пытались отыскать не столько практические рекомендации, которые могли быть использованы в экономической и общественно-политической жизни. Эта философия явилась толчком для ученых того времени, вынужденных признать, что августинизм уже перестал соответствовать сложившейся интеллектуальной ситуации. Ведь августинизм, опиравшийся на платоновские традиции, был направлен против естественнонаучных исследований. Августин утверждал, что

познание материального мира не приносит никакой пользы, ибо не только не приумножает человеческого счастья, но поглощает время, необходимое для созерцания гораздо более важных и возвышенных предметов. Девиз философии Августина: "Хочу понять бога и душу. И ничего более? Совершенно ничего!"

Разумеется, понимаемая таким образом философия не могла быть

вдохновителем новых духовных течений. Интеллектуальные запросы требовали новой философии. Именно таким был аристотелизм, хотя он и не был материалистическим направлением, но явно противоречил церковной доктрине. Аристотелевский умеренный реализм был попыткой примирения материализма с идеализмом. Аверроэс, интерпретируя умеренный аристотелевский реализм, утверждал, что единичные предметы не творение бога, а косвенный продукт божественного интеллекта, а это было равнозначно отрицанию божественного провидения и его влияния на земной мир. Таким образом, аристотелизм стал угрожать не только официальной церковной философии, но и приводил к подрыву основных догматов католицизма. Поэтому нет ничего удивительного, что церковь активно реагировала на распространение аристотелевской доктрины, и

накладывала запрет на изучение трудов Аристотеля.

Начатая папством идеологическая борьба против интереса

интеллектуальных кругов к естественнонаучным проблемам, была хорошо продумана. Эта компания подготавливалась в течении многих лет и принесла определенные плоды в виде ассимиляции аристотелизма и приспособление его кнуждам церковной доктрины. Именно этой христианизации аристотелизма ФомаАквинский посвятил большую часть своей жизни. Этого добился орден доминиканцев в целом и Фома Аквинский в особенности.

Фома Аквинский (1225 или 1226—1274) — центральная фигура средневековой философии позднего периода, выдающийся философ и богослов, систематизатор ортодоксальной схоластики, основатель одного из двух господствующих ее направлений — томизма. Наследие этого мыслителя весьма обширно. Особое место занимают два монументальных его труда — «Сумма теологии» и «Сумма против язычников» (иногда именуется «Сумма философии»). В его работах кроме богословия и философии рассматриваются вопросы права, морали, государственного устройства и экономики.

Исходным принципом в учении Аквината является божественное откровение: человеку необходимо для своего спасения знать нечто такое, что ускользает от его разума, через божественное откровение. Аквинат разграничивает области философии и теологии: предметом первой являются «истины разума», а второй — «истины откровения». В силу того что, по Аквинату, конечным объектом той и другой и источником всякой истины является Бог, не может быть принципиального противоречия между откровением и правильно действующим разумом, между теологией и философией. Однако не все «истины откровения» доступны рациональному доказательству. Философия находится в услужении у богословия и настолько же ниже его, насколько ограниченный человеческий разум ниже божественной премудрости. Религиозная истина, по словам Аквината, не может быть уязвима со стороны философии, в чисто жизненном, практически-нравственном отношении любовь к Богу важнее познания Бога.

Хотя Фома и проводил различие между бытием и сущ­ностью (ибо только в боге бытие и суетность совпадают), од­нако считал, что сущность стоит к бытию ближе всех остальных ­категорий.

1. Теология и наука.

В вопросе об отношении веры и знания, религии и философии - главной проблемы схоластической философии - Аквинату приходилось вырабатывать свою позицию в условиях уже имевшихся точек зрения. Ведь кроме чисто религиозной позиции, рассматривавшей веру выше всякого знания и отдававшей-приоритет теологии перед философией, существовала концепция

двойственной истины (теория двух истин), которая имела место в двух разновидностях. Одна из них утверждала, что религия и теология, с одной стороны, и философия и наука, с другой, имеют разные предметы и методы исследования и в силу этого между ними нет противоречия. Другая же

разновидность, продолжавшая аверроизм, утверждала, что между истинами философии и теологии есть противоречия. Оба варианта указывали на иррационалистический характер теологических размышлений.

Рассматривая этот вопрос, Аквинат, как и некоторые его предшественники-философы, говорил о том, что религия

и наука обладают разными способами достижения истины. Так, если религия и теология обретают свои истины в откровении. Священном писании, то наука и философия приходят к истинам посредством опыта и разума. В то же

время в отношении предметов исследования наука и религия, философия и теология не так резко отличаются, как по отношению к методамисследования.

Развивающаяся в конце XII и в XIII столетии в странах Западной Европы

интеллектуальное движение, философским вдохновителем которого было аристотелевское учение, повлекло за собой рост тенденции к отделению науки от теологии, разума от веры. Эта точка зрения находилась в явном противоречии с интересами церкви, и поэтому необходимо было искать способы решения вопроса об отношении теологии и науки. Это было нелегким делом, иборечь шла о выработке такого метода, который не проповедуя полного пренебрежения к знанию, одновременно был бы в состоянии подчинить рациональное мышление догматам откровения, то есть сохранить примат веры над разумом. Эту задачу осуществлял Фома, опираясь на католическое толкование аристотелевской концепции науки. Учение Фомы пользовалось большим влиянием в средние ве­ка, римская церковь официально признала его. Это учение воз­рождается и в XX веке под названием неотомизма одного из­наиболее значительных течений католической философии на За­паде.­­­ Номиналистическая­ критика томизма:­ приоритет воли­ над разумом­­. Как уже отмечалось, средневековая философия вобрала в­себя две различные традиции: христианское откровение и ан­тичную философию. В учении Фомы возобладала последняя. Нап­ротив, критики томизма апеллируют к библейской традиции, в­рамках которой воля (прежде всего божественная воля всемо­гугцество бог) стоит выше разума и определяет его. Расцвет­номинализма приходится на XIII и особенно XIV века; его­главные представители Уильям Оккам (1285 1349), Иоганн­Буридан (конец XIIIXIV век), Николай из Отрекура (XIV век)­и др.­ В номинализме пересматривается характерная для аристо­теленской традиции (Альберт Великий, Фома Аквинский) трак­товка бытия, предполагающая тесную связь бытия с категорией­сущности. Хотя Фома и проводил различие между бытием и сущ­ностью (ибо только в боге бытие и суетность совпадают), од­нако считал, что сущность стоит к бытию ближе всех остальных­категорий Поэтому католические историки философии убеждены, что Фома Аквинский автономизировал науку, превратив ее в область, совершенно независимую от теологии.В связи с тем, что теология является высшей мудростью, конечный объект которой - исключительно Бог как "первопричина" вселенной, мудростью, независимой от всех остальных знаний, Фома не отделяет науку от теологии. В сущности концепция науки Аквинского представляла собой идеологическую реакцию на рационалистические тенденции, направленные на то, чтобы освободить науку от влияния теологии. Можно, правда, сказать, что он обособляет теологию от науки в гносеологическом смысле, то есть считает, что теология черпает свои истины не из философии, не из частных дисциплин, а исключительно из откровения. На этом Фома не мог остановиться, ибо не это требовалось теологии. Такая точка зрения лишь подтверждала превосходство теологии и ее независимость от других наук, но она не решала самой существенной для того времени задачи, стоявшей перед римской курией, а именно необходимости подчинить теологии развивающееся научное течение, особенно течение имеющее естественнонаучную ориентацию. Речь шла прежде всего о том, чтобы доказать не автономность науки, превратит ее в "служанку" теологии, подчеркнуть, что любая деятельность человека, как теоретическая, так и практическая, исходит в конечном счете из теологии и сводится к ней.

В соответствии с этими требованиями Аквинский вырабатывает следующие теоретические принципы, определяющие генеральную линию церкви по вопросу об отношении теологии и науки:

1. Философия и частные науки выполняют по отношению к теологии

служебные функции. Выражением этого принципа является известное положение Фомы о том, что теология "не следует другим наукам как высшим по отношению к ней, но прибегает к ним как к подчиненным ей служанкам". Использование их, по его мнению, не является свидетельством не самодостаточности или слабости теологии, а, напротив, вытекает из убогости человеческого ума. Рациональное знание вторичным образом облегчает понимание известных догматов веры, приближает к познанию "первопричины" вселенной, то есть Бога;

2. Истины теологии имеют своим источником откровение, истины науки -чувственный опыт и разум. Фома утверждает, что с точки зрения способа

получения истины, знание можно разделить на 2-а вида: знания, открытые

естественным светом разума, например арифметика, и знания, черпающие свои основы из откровения.

3. Существует область некоторых объектов, общих для теологии и науки.

Фома считает, что одна и та же проблема может служить предметом изучения различных наук. Но существуют определенные истины, которые нельзя доказать при помощи разума, и потому они относятся исключительно к сфере теологии. К этим истинам Аквинский относил следующие догматы веры: догмат воскрешения, историю воплощения, святую троицу, сотворение мира во времени и так далее;

4. Положения науки не могут противоречить догматам веры. Наука должна опосредованно служить теологии, должна убеждать людей в справедливости ее принципов. Стремление познать Бога - подлинная мудрость. А знание - это лишь служанка теологии. Философия, например, опираясь на физику, должна конструировать доказательства существования Бога, задача палеонтологии состоит в подтверждении Книги бытия и так далее.

В связи с эти Аквинский пишет: "Размышляю о теле, чтобы размышлять о душе, а о ней размышляю, чтобы размышлять над отдельной субстанцией, над нею же размышляю, чтобы думать о Боге".

Если рациональные знания не выполняют этой задачи, они становятся

бесполезными, более того, перерождаются в опасные рассуждения. В случае конфликта решающим является критерий истин откровения, которые превосходят своей истинностью и ценностью любые рациональные доказательства.

Таким образом, Фома не отделил науку от теологии, а напротив, без остатка подчинил ее теологии. Аквинат полагал, что в теологии существуют истины, которые могут быть обоснованы с философских позиций. Конечно,

они могут и обойтись без этого философского обоснования, но все-таки последнее больше укрепляет веру человека в эти истины.

2. Метафизическая теория бытия.

Фома Аквинский основывает на Аристотеле и свою метафизику, заимствуя у него категории, но приспосабливая их не к философскому обоснованию естественно-научного материала, а к проблемам теологии. На вопрос о том, что является первичным, томизм отвечает, что первичен дух - бог, а материя - это его творение и является чем-то вторичным. Философия Аквинского признает существование не только душ, но и целой иерархии чистых духов, или ангелов. Томизм признает существование материального мира независимо от субъекта, но не отрицая существование объективной действительности, признает также существование нематериального

мира, который является первичным.

Идеалистический характер философии Аквинского слишком очевиден, ибо он недвусмысленно вытекает из самой идеи креационизма - сотворения мира из ничего, и с учением о богочеловечестве Иисуса Христа. Как и у Августина и Боэция, у Фомы высшее начало есть само бытие. Под бытием Фома разумеет христианского бога, сотворившего мир, как о том повествуется в Ветхом завете. У Фомы высшее начало есть само бытие. Под бытием Фома разумеет христианского бога, сотворившего мир, как о том повествуеся в Ветхом завете. Различая бытие ­и сущность (существование и суетность), Фома, тем не менее, не противопоставляет их, а вслед за Аристотелем подчеркивает их ­общий корень. Сущности, или субстанции, обладают, согласно ­Фоме, самостоятельным бытием, в отличие от акциденций (свойств, качеств т.е. количество, качество, отношение, место и т. д) которые существуют только благодаря субстанциям. Отсюда выводится различение так называемых субстанциальных и акцидентальных форм. Субстанциальная форма сообщает всякой вещи простое бытие, а потому при ее появле­нии мы говорим, что нечто возникло, а при ее исчезновении, ­что нечто разрушилось. Акцидентальная же форма источник определенных качеств, а не бытия вещей. Различая вслед за Аристотелем актуальное и потенциальное состояния, Фома расс­матривает бытие как первое из актуальных состояний. Во вся­кой вещи, считает Фома, столько бытия, сколько в ней акту­альности. Соответственно он выделяет четыре уровня бытийнос­ти вещей в зависимости от степени их актуальности, выражаю­щейся в том, каким образом форма, то есть актуальное начало, реализуется в вещах.­ На низшей ступени бытия форма, согласно Фоме, составля­ет лишь внешнюю определенность вещи (causa formalis); сюда относятся неорганические стихии и минералы. На следующей ступени форма предстает как конечная причина (causa finalis)­вещи, которой поэтому внутренне присуща целесообразность, названная Аристотелем "растительной душой", как бы формирую­щей тело изнутри, таковы растения. Третий уровень живот­ные, здесь форма есть действующая причина (causa efficiens),­поэтому сущее имеет в себе не только цель, но и начало дея­тельности, движения. На всех трех ступенях форма по-разному ­привходит в материю, организуя и одушевляя ее. Наконец, на четвертой ступени форма предстает уже не как организующий принцип материи, а сама по себе, независимо от материи (for­ma per se, forma separata). Это дух, или ум, разумная душа, ­высшее из сотворенных сущих. Не будучи связана с материей,­ человеческая разумная душа не погибает со смертью тела. Поэ­тому разумная душа носит у Фомы имя "самосущего".". В отличие от нее, чувственные души животных не являются само сущими, потому они и не имеют специфических для разумной души дейс­твий, осуществляемых только самой душой, отдельно от тела ­мышления и веления; все действия животных, как и многие­ действия человека (кроме мышления и акта воли), осуществля­ются с помощью тела. Поэтому души животных погибают вместе с ­телом, тогда как человеческая душа бессмертна, она есть­ самое благородное в человеке.

Следуя Аристотелю,­ Фома рассматривает разум как высшую среди человеческих спо­собностей, видя и в самой воле прежде всего ее разумное оп­ределение, каковым он считает способность различать добро и­ зло. Как и Аристотель, Фома видит в воле практический разум,­ то есть разум, направленный на действие, а не на познание,­ руководящий нашими поступками, нашим жизненным поведением, а­ не теоретической установкой, не созерцанием.­ В мире Фомы подлинно сущими оказываются в конечном сче­те индивидуумы. Этот своеобразный персонализм составляет ­специфику как томистской онтологии, так и средневекового ес­тествознания, предмет которого действие индивидуальных­"скрытых сущностей" "деятелей", душ, духов, сил. Начиная с ­бога, который есть чистый акт бытия, и кончая малейшей из­ сотворенных сущностей, каждое сущее обладает относительной ­самостоятельностью, которая уменьшается по мере движения­ вниз, то есть по мере убывания актуальности бытия существ, располагающихся на иерархической лестнице.­

2.1 Сущность и существование .

Фома считал, что реально существуют лишь единичные вещи, или

субстанции, состоящие из сущности и существования. Он считал, что различие между сущностью и существованием не есть нечто только мысленное, зависящее от наших актов сознание, а является чем-то фактическим, реально существующим. Он утверждает, что вещам присуща сущность, но она не имплицирует их существование. Это происходит потому, что все существующее в существуют не благодаря своей сущности, а благодаря сопричастности божественному акту творения. Аквинский считает, что мир материальных вещей существует не в силу собственной природы, а является чем-то совершенно случайным, зависимым от создателя и существовать не должен. В продолжении существовать безусловно, ибо это заключено в его природе.

2.2 Материя и форма

Категории материи и формы Фома также заимствует из аристотелевской

метафизики. Различая в субстанциях 2-а компонента - материю и форму,

Аристотель стремился создать философскую основу для процессов обобщения и классификации в естественных науках, стремился решить проблему об отношении общего к единичному и наоборот.

В толковании Фомы Аквинского реально существуют лишь единичные вещи, состоящие из материи и формы. Материя представляет основу индивидуализации, материя лишенная формы, пассивна, не может без нее существовать. Форма является активным элементом.

Аристотель признавал существование единичных вещей, он на почве

своей системы объединял материалистические и идеалистические элементы.

Аквинский "очистил" аристотелизм именно от материалистических

элементов, которые нельзя было примирять ни с истинами откровения, ни с церковной философией того периода, основанной на платоновских традициях. Однако форма в толковании Фомы приобретает иной смысл, чем у Аристотеля. В понимании последнего она была совокупностью общих существующих признаков, присущих вещам определенного вида, и не существовала вне или до них. Правда, Аквинат также считал, что общее, или форма, содержится в единичных вещах, но на этом он не остановился. Он различает в субстанциях - не только мира природы, но и общественного порядка. Критерием, отличающим одну вещь от другой, выступают не их естественные особенности, а различия.

В период, когда развивающаяся буржуазия подчеркивала ценность земной жизни, призывы пренебречь бренной жизнью были не в интересах церкви. Речь шла о том, чтобы, с одной стороны, доказать безусловную зависимость мира от творца, с другой же - показать, что сверхъестественные цели реализуются через цели реальные, земные. Поэтому Аквинский вводит понятие естественных причин посредством которых бог правит миром.

Во все категории аристотелевской метафизики Фома вкладывает

теологическое содержание, лишая их этим естественнонаучного характера. Аквинский рассматривает проблемы познания этики, политического и правового учения, естественной теологии, сердцевиной которой являются так называемые "доказательства" бытия, бога.

2.3 "Доказательства" бытия Бога

К этим основным положением вероучения относятся, в частности, вопрос о бытии Бога, отдельные свойства Бога, бессмертие человеческой души. В то же время другие положения теологии не могут быть обоснованы рациональным способом. К ним относятся: существование Божества в виде трех лиц одновременно - Бога-Отца, Бога-Сына и Бога-Святого Духа, возникновение мира во времени из ничего, первородного греха, вечного блаженства и наказания в Раю и Аду. Эти положения, согласно Аквинату,

не доказуемы, но они не являются ни разумными, ни рациональными, они, по его мнению, сверхразумны.

Аквинский утверждает, что доказать существование творца можно двумя способами: через причину и через следствие. Переводя эту схоластическую терминологию на современный язык, можно сказать, что в первом случае речь идет о доказательстве априорном, то есть от причины к следствию, во втором - об апостериорном, то есть от следствия к причине. Аквинат формулирует пять "доказательств-путей" бытия бога:

1. Доказательство от движения, называемое в настоящее время

кинетическим доказательством, исходит из того, что вещи находятся в движении, а все движущееся приводится в движение чем-то другим, ибо движение это соединение материи с формой. Если бы какое-то бытие,

приводящее нечто в движение, само было приведено в движение, то это было бы совершено чем-то другим, а это другое в свою очередь приводилось в движение третьим и так далее. Однако цепь двигателей не может быть бесконечной, ибо в таком случае не было бы первого "двигателя", а следовательно, и второго, и последующих, и вообще не было бы движения. Поэтому, делает вывод Фома, мы должны дойти до первой причины движения, которая никем не движется и которая все движет. Такой причиной должна быть чистая форма, чистый акт, которым является бог, находящийся за пределами мира.

2. Доказательство от производящей причины, гласит, что в материальном мире существует определенный причинный порядок, берущий свое начало от первой причины, то есть бога. Фома считает, что невозможно, чтобы нечто было собственной производящей причиной, поскольку оно существовало бы раньше себя, а это нелепо. Если в цепи производящих причин не признать абсолютно первую причину, то тогда не появятся и средние и последние причины, и наоборот, если в поисках причин мы уйдем в бесконечность, то не обнаружим первой производящей причины. "Следовательно, - пишет Аквинский в "Теологической сумме", - необходимо положить некоторую первичную производящую причину, каковую все именуют богом".

3. Доказательство от необходимости и случайности исходит из того, что в

природе и обществе существуют единичные вещи, которые возникают и уничтожаются или могут существовать либо не существовать. Другими словами, эти вещи не являются чем-то необходимым, а, следовательно, имеют случайный характер. Невозможно представить, по мнению Фомы, чтобы подобного рода вещи существовали всегда, ибо то, что может существовать временами, реально не существует.

Отсюда также следует, что если любые вещи могут не существовать, то некогда они не существовали в природе, а если так, то невозможно, чтобы они возникли сами собой. "Поэтому необходимо положить

некую необходимую сущность, - пишет Фома, - необходимую самое по себе, не имеющую внешней причины своей необходимости всех иных; по общему мнению, это есть бог".

4. Доказательство от степени совершенства исходит из предпосылки, что

в вещах проявляются различные степени совершенства в форме бытия и благородства, добра и красоты. По мнению Аквината, о различных степенях совершенства можно говорить лишь по сравнению с чем-то наиболее совершенным. Следовательно, должно существовать нечто самое истинное и самое благородное, самое лучшее и самое высокое или нечто обладающеенаивысшей степенью бытия. "Отсюда следует, - пишет Фома, - что есть некоторая сущность, являющаяся для всех сущностей причиной блага и всяческого совершенства; и ее мы именуем богом".

5. Доказательство от божественного руководства миром исходит из того,

что в мире как разумных, так и неразумных существ, а также в вещах и

явлениях наблюдается целесообразность деятельности и поведения. Фома считает, что это происходит не случайно и кто-то должен целенаправленно руководить миром. "Следовательно, есть разумное существо, полагающее цель для всего, что происходит в природе, и его мы именуем богом", - писал Аквинский.

Из всего вышеперечисленного следует, что Фома идентифицирует

целесообразность и закономерность, точнее, принижает закономерность и сводит ее к целесообразности. Цель к которой якобы стремится все

находящееся под солнцем, не возникает, согласно Фоме, индуктивным путем, а предопределена заранее, априорным способом, которому он стремится подчинить любой процесс в природе и обществе.

Можно заметить, что томисткие "доказательства" бытия бога

представляют собой пять вариантов одного и того же способа обоснования. В них речь идет не столько о боге, сколько о некоторых явлениях материальногомира, в которых отыскиваются следы "первой причины". Фома пытается, опираясь на явления материального мира, доказать существование "первогодвигателя", то есть бога.

Все эти доказательства почерпнуты Фомой у Аристотеля и направлены против возможных еретических учений, которые обосновывали существование Бога и зего данности человеческому сознанию, исходя из мистического пантеизма, утверждавшего наличие Бога непосредственно в

человеческой душе.

3. Теория познания Фомы Аквинского

Теория познания Фомы Аквинского строится прежде всего на основе учения о реальном существовании всеобщего: в споре об универсалиях Фома Аквинский стоял на позициях умеренного реализма. Всеобщее, согласно Фоме Аквинскому, существует трояко: «до вещей», ante rem (в разуме бога как идеи будущих вещей, как вечные идеальные прообразы сущего), «в вещах», in re (как те же идеи, получившие конкретное осуществление) и «после вещей», post rem (в мышлении человека как результат абстракции). Человеку присущи две способности познания: чувство и интеллект Познание начинается с чувств, опыта. Под действием внешних объектов в познающем возникают соответствующие этим объектам «чувственные образы» (species sensibiles), из которых интеллект абстрагирует затем «умопостигаемый образ» (species intelligibilis) познаваемой вещи и постигает таким путем ее сущность. Истину Фома Аквинский определял как «соответствие (adequatio) интеллекта и вещи». При этом понятия, образуемые человеческим интеллектом, истинны в той мере, в какой соответствуют вещам природы, сами же вещи природы истинны в той мере, в какой соответствуют своим понятиям, предшествующим в интеллекте бога. Отрицая врожденное знание, Фома Аквинский вместе с тем признавал, что «в нас предсуществуют некоторые зародыши знаний, а именно: первые понятия (conceptiones), тотчас же познаваемые активным интеллектом посредством образов, абстрагированных от чувственного» (Qu. dis. de veritate,). Первым познается сущее как таковое, ибо «его понятие (intellectus) содержится во всем, что кем-либо познается». Вместе с этим понятием интеллект тотчас создает понятие несущего и постигает т. о. «первый недоказуемый принцип: нельзя одновременно нечто утверждать и отрицать ... и на этом принципе основываются все другие принципы». Непротиворечивость Фома Аквинский считал самоочевидным (per se notum) и безусловным принципом мышления и бытия, а также критерием истинности рационального познания.

В логическом учении Фомы Аквинского наибольший интерес представляет теория тождества предметов, в которой Фома Аквинский предвосхищал Лейбница (хотя, в отличие от него, не вдавался в изучение трудностей синонимичных конструкций): «два каких-либо предмета тождественны, если они обладают следующим свойством: все, что приписывается одному из них, может быть приписано и другому». Фома Аквинский комментировал «Об истолковании» и первые две главы «Второй Аналитики» Аристотеля. Систематизируя его теорию логических выводов, Фома Аквинский различал четыре типа умозаключений: 1) аподиктическое (силлогистически необходимое); 2) диалектическое (вероятностное); 3) используемое в споре и 4) софистическое (ошибочное — умышленно пли неумышленно).

Много внимания уделял Фома Аквинский разработке проблем модальной логики. Он рассматривал шесть видов модальных факторов: «истинно», «ложно», «необходимо», «возможно», «случайно», «невозможно». Следуя Шервуду, строил ряд логических квадратов для выяснения отношений между суждениями различных модальностей.

4. Антропология Фомы Аквинского

Антропология Фомы Аквинского исходит из представления о человеческом индивидууме как личностном соединении души и животворимого ею тела. Душа нематериальна и самосуща, или субстанциальна, однако сама по себе не есть полный человек и получает завершающее осуществление лишь через тело (Quest, disput., De Anima). Эту идею Фома Аквинский защищает против платонически-августиновского спиритуализма, часто игнорировавшего значимость тела, и против своего гл. оппонента — аверроистского монопсихизма (см. Сигер Брабантский), отрицавшего сущностную реальность личностной души и учившего о единой безличной интеллектуальной душе во всех мыслящих существах мироздания. Во всяком пренебрежении к телесному Фома Аквинский усматривает рецидив манихейства и одновременно нежизненное теоретизирование, вступающее в конфликт с опытом и здравым смыслом. Он подчеркивает, что тело соучаствует в чисто духовной деятельности человека и до известной степени предопределяет последнюю: «Поскольку некоторые люди имеют особенно тонко устроенные тела, души их имеют большую силу разумения». Только две потенции души (правда, наиболее благородные — мышление и воление) сохраняются в душе, расставшейся с телом; реализация всех остальных потенций невозможна вне тела. Учение Оригена о сущностном тождестве ангельской и человеческой природы должно быть отвергнуто. «Человек не есть только душа, но некое соединение души и тела», а не (согласно платонической формулировке) «душа, пользующаяся телом». Человеческая душа есть не только двигатель (motor) тела, извне на него воздействующий, но его субстанциальная форма и притом единственная.

Эта концепция вызвала немало нареканий со стороны августинистско-францисканских оппонентов Фомы Аквинского, пока не была принята на Вьеннском соборе в 1314 в качестве ортодокс, доктрины католической церкви.

С другой стороны, в аверроизме Фома Аквинский видел радикальное ниспровержение христианской эсхатологии, апеллирующей к вечным судьбам как раз отдельной, личной души. Личность есть для Фомы Аквинского «самое благородное во всей разумной природе», интеллект же, как достояние разумной души, есть каждый раз личный интеллект («утверждение, будто интеллект у всех людей един, совершенно несостоятельно» и постольку не абсолютное начало, но часть психофизического организма. Только в боге интеллект есть сущность, в человеке же потенция сущности, так что не интеллект мыслит, но человек, Сократ или Платон, мыслит при помощи интеллекта.

Это включение интеллекта в душевно-телесную индивидуальность и потому отрицание его абсолютности (необходимо вытекающее из христианских предпосылок философии Фомы Аквинского) сочетается у Фомы Аквинского с утверждением примата интеллекта над волей. В этом пункте Фома Аквинский заходит так далеко, как только позволяли ему границы христианского ортодоксии: он утверждает, что разум, взятый абсолютно (per se), выше воли, взятой опять-таки абсолютно, однако делает оговорку, что в жизненной плоскости любовь к богу важнее, чем богопознание. Эта оговорка отделяет его от еретического интеллектуализма Сигера Брабантского или Боэция Дакийского, порывавшего с христианским учением о любви как высшей духовной ценности. Однако и в таком виде интеллектуализм Фома Аквинский вызвал живейшую полемику со стороны поборников волюнтаризма из лагеря францисканской схоластики. Учение Фома Аквинский о примате интеллекта над волей получило своеобразное преломление в мистике Мейстера.

5. Этика Фомы Аквинского

Этика Фомы Аквинского опиралась: 1) на определение воли человека как свободной, 2) на учение о сущем как благе и о боге как абсолютном благе, 3) на восходящее к Ареопагитикам учение о зле как лишенности (privatio) блага. По Фоме Аквинскому, зло есть лишь менее совершенное благо; оно допускается богом ради того, чтобы во Вселенной «осуществились все ступени совершенства». Важнейший раздел этики Фомы Аквинского — учение о «блаженстве» как конечной цели человека. Блаженство, по Фоме Аквинскому, состоит в самой превосходной человеческой деятельности — в деятельности теоретического разума , в познании истины ради самой истины и значит прежде всего — в познании абсолютной истины, т. е. бога. Интеллектуализм учения Фомы Аквинского о блаженстве вызвал горячие споры; ему возражали теологи, настаивавшие на примате воли и любви над разумом и познанием. Совершенное познание бога, совершенное блаженство состоят в непосредственном созерцании сущности бога, что возможно только в раю и лишь как редчайшее исключение — на земле, в состоянии мистического экстаза (in raptu). Основу добродетельного поведения людей составляет коренящийся в сердце человека «естественный закон». требующий осуществлять благо, избегать зла. Закон религии как высший уровень этики не должен вступать в противоречие с фундаментом естественного закона: так, Фома Аквинский осуждал крещение европейских младенцев против воли их родителей как нарушение естественного закона. Цель нравственности — загробное блаженство, а добродетели, особенно «сверхъестественные» (вера, надежда, любовь), суть средства, ведущие к этой цели. Без содействия божеств, благодати вечное блаженство недостижимо. В этике Фомы Аквинского идеи и понятия аристотелевской этики, а также отд. элементы этики стоицизма и неоплатонизма перерабатывались в духе этических учений Нового завета и патристики.

Система Фомы Аквинского завершается учением об обществе и государстве (трактат «De regimene principium» — «О правлении князей»), в котором Фома Аквинский дает синтез идей аристотелевской «Политики», христианского учения о божеств, управлении Вселенной и теократических принципов римской церкви. Необходимость государства, для Фомы Аквинского, как и для Аристотеля, вытекает из того, что человек по своей природе есть общество, и политическое существо. Главная цель государственной власти заключается в содействии общему благу (bonum commune), заботе о сохранении мира и справедливости в обществе, о том, чтобы подданные вели добродетельный образ жизни и имели необходимые для этого внешние блага. Рассматривая те же формы государственной власти, что и Аристотель, Фома Аквинский отдавал предпочтение монархии. Однако если монарх станет тираном, а его тирания — нестерпимой, народ имеет право выступить против тирана. Все виды власти, в конечном счете, от бога но церковная власть выше государственной, ибо земные правители заботятся только о предварительных целях человека, а церковь — о его конечной, сверхъестественной цели. Поэтому все государи (reges) народа христианского должны подчиняться римскому папе «как самому господу Иисусу Христу». Разносторонняя философско-теологическая система Фомы Аквинского явилась вершиной в развитии ортодоксальной схоластики. Начиная с 14 в. и до наших дней учение Фомы Аквинского выступает как ведущее направление философии католицизма. В модернизированном виде оно развивается в наст, время неотомизмом.

5.1 О человеке и его душе

В трактовке Аквината индивидуальность человека — это личностное единство души и тела, именно душа обладает животворящей силой человеческого организма. Душа нематериальна и самосуща: она — субстанция, обретающая свою, полноту лишь в единстве с телом. Но телесность имеет сущностную значимость: именно через нее душа только и может образовывать то, что есть человек. Душа всегда носит уникально-личностный характер. Согласно Аквинату, телесное начало человека органически соучаствует в духовно-душевной деятельности личности. Выходит, что думает, переживает, целеполагает не тело и не душа сами по себе, а они в своем сливном единстве. Он высказал тонкую и глубоко верную мысль: поскольку некоторые люди имеют особенно тонко устроенные тела, души их имеют большую силу разумения. Личность, по Аквинату, есть «самое благородное» во всей разумной природе. Фома придерживался идеи бессмертия души.

5.2 О познании

Основополагающий принцип познания, по Аквинату, — реальное существование всеобщего. В споре об универсалиях Аквинат отстаивал позиции умеренного реализма, т.е. всеобщее существует трояко: «до вещей» (в разуме Бога как идеи будущих вещей, как вечные идеальные прообразы сущего), «в вещах», получив конкретное осуществление, и «после вещей» — в мышлении человека в результате операций абстрагирования и обобщения. Человеку присущи две способности познания — чувство и интеллект. Познание начинается с чувственного опыта под действием внешних объектов. Но воспринимается не все бытие объекта, а лишь то в нем, что уподобляется субъекту. При вхождении в душу познающего познаваемое теряет свою материальность и может войти в нее лишь в качестве «вида». «Вид» предмета является его познаваемым образом. Вещь существует одновременно вне нас во всем своем бытии и внутри нас в качестве образа. Благодаря образу, представляющему элемент бытия вещи, который в то же время подобен душе, предмет входит в душу, в духовное царство мыслей. При этом вначале возникают чувственные образы, а из них интеллект абстрагирует «умопостигаемые образы». Истину Аквинат определяет как «соответствие интеллекта и вещи». При этом понятия, образуемые человеческим интеллектом, истинны в той мере, в какой они соответствуют своим понятиям, предшествующим в интеллекте Бога. Отрицая врожденное знание, Аквинат вместе с тем признавал, что в нас предшествуют некоторые зародыши знаний, а именно: первые понятия, тотчас же познаваемые активным интеллектом посредством образов, абстрагированных от чувственного. Он выдвинул принцип: нельзя одновременно нечто утверждать и отрицать; на этом принципе основываются все другие нормы логического мышления.

Заключение

Из различия форм, являющихся подобием бога в вещах, Фома выводит систему порядка материального мира. Формы вещей независимо от степени их совершенства сопричастны творцу, благодаря чему занимают определенное место в универсальной иерархии бытия. Это касается всех областей материального мира и общества. По мнению Фомы, необходимо, чтобы одни занимались сельским хозяйством, другие были пастухами, а третьи - строителями. Для божественной гармонии социального мира необходимо также, чтобы существовали люди, занимающиеся духовным трудом и работающие физически. Каждый человек выполняет определенную функцию в жизни общества, и все творят определенное

благо.

Таким образом, согласно учению Фомы, различия в функциях,

выполняемых людьми, являются результатом не общественного разделения труда, а целевой деятельности бога. Социальное и классовое неравенство - это не следствие антагонистических производственных отношений, а отражение иерархии форм в вещах. Все это по существу служило Аквинату для оправдания феодальной социальной лестницы.

Философия в течение всей своей истории состояла из двух частей, не гармонировавших между собой. С одной стороны — теория о природе мира, с другой стороны — этические и политические учения о том, как лучше жить. Неспособность достаточно четко разделять эти две стороны была источником большой путаницы в мыслях. Когда, сознательно или несознательно, на поиски истины накладываются какие-либо ограничения, философия парализуется страхом, и подготавливается почва для правительственной цензуры, карающей тех, кто высказывает «опасные мысли»; фактически философ уже наложил такую цензуру на свои собственные исследования.

В интеллектуальном отношении влияние ошибочных моральных соображений на философию состояло в том, что они в огромной степени задерживали прогресс. Лично я не считаю, что философия может доказать или опровергнуть истинность религиозных догм, но уже начиная с Платона, большинство философов считало своим долгом изобретать «доказательства» бессмертия и бытия Бога. Они находили ошибки в доказательствах своих предшественников: св. Фома опровергал доказательства св. Ансельма, Кант Декарта, но они сами при этом совершали новые, собственные ошибка, чтобы заставить свои доказательства казаться правильными, они должны были фальсифицировать логику, наводнять математику мистикой и уверять, что глубоко сидящие предрассудки были ниспосланными небом прозрениями.

Все это отвергают философы, сделавшие основным делом философии логический анализ. Они откровенно признают, что человеческий интеллект неспособен дать окончательные ответы на многие очень важные для человечества вопросы, но они отказываются верить в существование некоторого «высшего» способа познания, с помощью которого мы можем открывать истины, скрытые от науки и разума. За этот отказ они были вознаграждены, открыв, что на многие вопросы, ранее скрытые в тумане метафизики, можно дать точный ответ и что существуют объективные методы, в которых нет ничего от темперамента философа, кроме стремления понять. Возьмем такие вопросы, как: Что такое число? Что такое время и пространство? Что такое дух? Что такое материя? Я не говорю, что мы можем здесь сейчас дать окончательный ответ на все эти очень старые вопросы, но я утверждаю, что открыты методы, с помощью которых мы можем (как в науке) последовательно приближаться к истине, причем каждая новая стадия возникает в результате усовершенствования, а не отвергания предыдущей.

В сумбуре противоречащих друг другу фанатизмов одной из немногих объединяющих сил является научная правдивость, под которой я подразумеваю привычку основывать наши убеждения на наблюдениях и выводах столь «неличных» и настолько лишенных местных пристрастий и склонностей темперамента, насколько это возможно для человеческого существа.

Список используемой литературы.

1 Боргош Ю. " Фома Аквинский"

2 "Антология мировой философии" т. 1

3 Философия. под. ред. Кохановского В.П. Ростов-н/Д.: Феникс, 2000.

4 Спиркин А.Г. Основы философии. М.: Наука, 2002.

5 Алексеев П.В., Панин А.В. Философия. М.: Проспект, 2003.

6 Соколов В.В. "История древней и средневековой и зарубежной философии"

7 Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии. Учебное пособие для гуманитарных вузов. – М.: Наука, 2000.

8 История философии в кратком изложении. М.: Мысль, 2003.

9 Агафонов В.П., Казаков Д.Ф., Рачинский Д.Д. Философия. М.: МСХА, 2003.

10 Мир философии. Книга для чтения, 1 часть. М.: Дрофа, 2001.