Реферат: Правовое регулирование свободы слова в РФ

Название: Правовое регулирование свободы слова в РФ
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: реферат

Санкт-Петербургский Государственный технический Университет

Кафедра Юриспруденции

доклад

Дисциплина: конституционное право РФ

Тема: Свобода слова: правовое регулирование и

реализация в РФ

Выполнила студентка группы 2123/1 Смирнова Ж. Ю.

Научный руководитель Чинакаев К. В.

"_____" ______________ 2001г.

Санкт-Петербург

2001

Данная работа освещает тему, которая на сегодняшний день представляется действительно наиболее актуальной, болезненной и еще нерешенной проблемой нашего государства. Я говорю о таком важном и, как гарантирует Конституция, “неотчуждаемом” праве, состояние которого определяет степень открытости, гуманизации и демократичности общества, я говорю о праве человека на свободу слова.

Данный вопрос затронут неслучайно. Сейчас, в период широкомасштабных преобразований и постоянных смен событий, нередко скандальных, остро встал вопрос о том, насколько в нашем государстве реализуются гарантируемые свобода слова, свобода информации и, основанная на ней, свобода печати и других средств массовой информации (СМИ), являющиеся необходимым звеном в достижении политических прав гражданина.

Конституция провозглашает Российскую Федерацию - правовым и демократическим государством. Что подразумевает под собой наличие в таком государстве гарантируемых и реально существующих прав и свобод человека и гражданина. Их признание, защита и гарантии считаются основным и определяющим критерием правового характера законодательства и практики его применения. Среди политических прав и свобод граждан свобода слова занимает особое место, являясь одним из важнейших конституционных прав человека. Отстаивая идею примата этой фундаментальной свободы, французский просветитель Вольтер писал:"…нет у людей никакой свободы без свободы высказывать свои мысли"1 . Сейчас свобода слова, долгое время находящаяся в забытьи, стремится вновь подняться до уровня, определенного для нее Вольтером. О ней вновь говорят после длительного затишья.

Российская Федерация, претендующая на звание "правовое государство", признает право человека на свободу слова, гарантируя его непосредственное действие Конституцией, законами и другими правовыми актами. Но насколько реальны эти гарантии? Этот вопрос предопределил цель данной работы: выявить соотношение теории и практики в области правового регулирования свободы слова, определить насколько полно реализуются нормы закона в этой области.

Хочется напомнить, что впервые свободы, которые ныне относят к политическим, были дарованы Николаем II народу по Манифесту 17 октября 1995 года:

На обязанность правительства возлагаем мы выполнение непреклонной нашей воли:

Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов. 2

Спустя 88 лет - 12 декабря 1993 г. - всеобщим голосованием была принята Конституция РФ, действующая и по сей день. Свободу слова гарантирует 29 статья Конституции. Кроме этого право на свободу слова отражено и в других документах. Так в Документе Московского совещания конференции по человеческому измерению СБСЕ государства-участники договорились о защите свободы слова сотрудников судебных органов “с учетом лишь таких ограничений, которые совместимы с осуществлением ими своих функций”1 , а также о стремлении обеспечить свободу слова и свободу информации . В Законе РФ “О статусе военнослужащих” затрагивается вопрос о праве военнослужащих на свободу слова с оговоркой, что при его реализации они “не должны разглашать государственную и военную тайну, обсуждать и критиковать приказы командиров (начальников)”. Министерство обороны РФ в 1992 г. издало Приказ №147 “О введении в действие положения об офицерском собрании в вооруженных силах Российской Федерации”, статья 3 данного документа устанавливала недопустимость каких-либо действий, направленных “на зажим критики и ограничения свободы слова ”, но в то же время исключалась “критика и обсуждение приказов, распоряжений командиров и начальников”. Свобода слова упоминается также и в Уставе Союза Беларуси и России (подписан 23 мая 1997 г.), где в части “основные обязанности” первым же пунктом оговаривается “обеспечение свободы слова и средств массовой информации2 .

Данный перечень правовых актов, затрагивающих свободу слова, не является исчерпывающим. Право на свободу слова содержится во многих правовых актах, которые не раскрывая само содержание права, используют его конституционную гарантию к той ситуации, которую освещают.

Часть первая ст. 29 Конституции гарантирует каждому свободу мысли и слова. Мысль – это неотъемлемое свойство человека, “связанное с определением им своего отношения к предметам, явлениям, событиям, окружающего мира, со свободным формированием собственных убеждений относительно всего происходящего”3 . Это внутренний процесс, который может остаться лишь достоянием одного человека, поскольку “никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них”4 . Но обычно у индивида возникает потребность выразить свои мысли во вне, донести их до других людей. Для осуществления данной потребности человек может воспользоваться гарантированной ему свободой слова, т. е. оформить их как угодно – устно, письменно, с помощью художественных образов или же иным другим способом. Общество - это взаимодействие индивидуальных сознаний. Оно никогда не образует интеллектуального единства и не может выразить себя в какой - то одной идее, поскольку каждый из его членов сохраняет свою индивидуальность, свое понимание. В этой связи свобода слова становится стимулятором для раскрытия человеческой индивидуальности, уникальности, при обязательном соблюдении запрета Конституции на принуждение к выражению чужих мыслей.

Право на свободу слова, на беспрепятственное выражение своих мнений непосредственно связано со свободой информации, т. е. правом каждого человека искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Данное право предполагает общедоступность, открытость, достоверность предоставляемой информации, осведомленность граждан о деятельности государственных органов, общественных объединений, органов местного самоуправления, право непосредственно обращаться в органы и организации с просьбой об ознакомлении с интересующей информацией, документами и т. д.. А также обязанностью органов и организаций предоставлять интересующимся сведения о своей деятельности, если эти сведения не содержат государственную тайну.

Каждый человек может воспользоваться своим правом на получение и распространение информации с помощью СМИ, являющиеся главным средством для реализации этого права, но не единственным. Получение и распространение информации возможно и в межличностном общении, а также на собраниях, митингах, выставках, фестивалях, клубах и т. д. Необходимым условием для этого является то, что все эти действия должны осуществляться законным способом и в рамках ограничений предусмотренных международными документами, Конституцией, а также другими федеральными законами.

Часть 5 ст.29 Конституции запрещает цензуру, то есть требование от редакции средства массовой информации со стороны должностных лиц, государственных органов, организаций, учреждений или общественных объединений предварительно согласовывать сообщения и материалы (кроме случаев, когда должностное лицо является автором или интервьюируемым), а равно наложение запрета на распространение сообщений и материалов, их отдельных частей1 . По требованию ст. 58 Закона "О средствах массовой информации" обнаружение органов, организаций, учреждений или должностей, в задачи которых входит осуществление цензуры массовой информации влечёт их немедленную ликвидацию в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации. Запрет цензуры - это значительный шаг в сторону "правового государства", а также наиболее действенная гарантия свободы слова. Однако её запрет не означает безграничность и абсолютность свободы слова.

На основании и во исполнение ст.17 Конституции вводится ряд ограничений свободы слова и информации. Связано это с тем, что «свобода» часто понимается не как "осознанная необходимость", а как полное отсутствие ограничений. Чего не может быть, так как безграничная свобода одних означает подавление других, что не допускается Конституцией – “Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других людей”1 . В связи с этим в демократических государствах свобода в той или иной сфере всегда имеет как юридические, так и моральные ограничения.

Конституция гарантирует свободу мысли и слова, но устанавливает, что “не допускается пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства”2 . Федеральный Закон “Об информации, информатизации и защите информации” не допускает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни, а равно информации, нарушающей личную тайну, семейную тайну, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений физического лица без его согласия, кроме как на основании судебного решения3 .

В Законе РФ “О СМИ” также содержится ряд ограничений, обусловленных:

- соблюдением государственной тайны или иной специально охраняемой законом тайны;

- охраной частной жизни;

- обеспечения безопасности и целостности государства;

- охраной здоровья;

- уважением прав, законных интересов, чести и достоинства граждан и организаций (ст. 49 “Обязанности журналиста”);

- необходимостью соблюдать принцип равноправия людей независимо от пола, возраста и т. д.

Ст. 4 Закона о СМИ говорит о недопустимости использования средств массовой информации для призыва к захвату власти, насильственному изменению конституционного строя и целостности государства, разжигания национальной, классовой, социальной, религиозной нетерпимости или розни, для пропаганды войны, а также для распространения передач, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости.

Ст. 51 устанавливает, запрет на использование права журналиста на распространение информации с целью опорочить гражданина или отдельные категории граждан исключительно по признакам пола, возраста, расовой или национальной принадлежности, языка, отношения к религии, профессии, места жительства и работы, а также в связи с их политическими убеждениями.

Кроме того некоторые ограничения предусмотрены и во время чрезвычайного положения и в период выборов. Пункт “б” ст. 22 Закона “О чрезвычайном положении” допускает возможное ограничение свободы печати и других средств массовой информации путем введения предварительной цензуры, временного ареста печатной продукции (до отмены чрезвычайного положения), а также временное изъятие звукоусиливающих технических средств и множительной аппаратуры.

Конституцией РФ, Федеральными Законами и иными нормативными актами устанавливаются и гарантируются права и свободы человека, которые определяются Конституцией как “непосредственно действующие”. Но действуют ли они на самом деле? Увы, не все и не всегда. 7 декабря 1999 г. “свобода слова” стала темой для дискуссии в передаче “Выборы-99”, присутствовавшие на ней представители различных партий высказывали свое мнение по данной теме. Среди них был и Владимир Вольфович Жириновский. Отвечая на вопрос ведущего о проблемах, связанных со свободой слова, он сказал: “Свобода слова - это самое большое завоевание. Его нужно беречь. У нас нет привычки еще. Все согласны, что свобода слова, но если я критикую коммунистов, они на меня злятся. Критикую Лужкова, Примакова – злятся. Критикую любую власть, губернаторы сразу злятся, сразу в суды. То есть все за свободу, но не в свой адрес”1 .

Это существенное замечание, смысл которого в том, что каждый зная о своем праве на свободу слова, с трудом признаёт его за другими. Человек имеет право свободно высказывать свое мнение, в том числе и через СМИ. Однако на практике реализация данного права затруднена. В этой ситуации можно даже говорить о своеобразной цензуре, когда главный редактор при подготовке материала решает, какие темы и чьи мнения читателям интересно знать, а какие нет; что принесет увеличение тиража или “рейтинга”, а что снизит, иными словами пропускает поток информации через сито своих интересов.

В связи с этим представителям общественных организаций или просто частному лицу трудно получить возможность высказаться в современных СМИ. К тому же узаконенное право редакции отклонять "неугодный" материал сводит на нет все попытки лица реализовать свое конституционное право на свободную передачу информации и ставит его в зависимость от предпочтений редакции.

Кроме этого существует множество случаев, когда “режут” интервью, “редактируют” статьи, не согласовывая изменения. Об этом говорил и Юрий Павлович Иванов, участвующий в передаче «Выборы-99» от КПРФ: “Мы вместе с Жириновским записывались в ДИАЛОГЕ. Время, которое за нами закреплено – двадцать минут. Сегодня показали тринадцать минут. Просто блок вынули. Нагло вынули все наши выступления”1 .

Думается, ни для кого не секрет, что СМИ большей частью уже поделены или дележ их завершается. Об этом открыто говорят и сами журналисты. В пример можно привести отрывок из высказывания тележурналиста, депутата областного Законодательного собрания Александра Блудышева: "Сегодняшней ситуации СМИ поделены между враждующими политическими и финансовым кланами, что в конечном итоге одно и то же…"2 . Таким образом показная независимость журналистов врятли у кого-то вызывает доверие.

Конечно, каждая газета имеет право на свою редакционную политику, каждый журналист - на свое мнение. Но бывают случаи, когда журналисты, стремясь угодить кому-то, злоупотребляют свободой слова, утрачивают чувство меры, доходят до элементарного вранья, фальсификации, используя любые средства для дискредитации неугодного лица. Приведу один пример. На канале АСВ транслировалась авторская программа И. В. Шеремета “9 с половиной” под рубрикой “нечеловеческая жизнь” Телевизионного Агентства Урала. Директор указанной передачи и автор текста Шеремет И. В. при освещении избирательной кампании Бикова А, Э., который баллотировался в депутаты Государственной Думы России, зачислил Бикова А. Э, в категорию “нелепых кандидатов, желающих на халяву засветиться перед избирателями”, отнес к группе “околополитических зверьков”, о которых “Телевизионное Агентство Урала будет вытирать ноги и смешивать с дерьмом”. “У самого персонажа на букву “Б” (так именовался далее кандидат) есть серьезные сомнения в его половой принадлежности – действительно ли он мужчина? Подразумевается эффект гермафродита”3 .

Это яркий пример нарушения как Конституции, так и Федеральных Законов, в частности, ст.49 закона "О средствах массовой информации": при осуществлении профессиональной деятельности журналист обязан уважать права, законные интересы, честь и достоинство граждан и организаций.

Кроме того участились случаи использования СМИ для ведения антиконституционной пропаганды, возбуждения национальной и религиозной вражды. Данные действия противоречат как ч.2 ст.29 Конституции так и многим другим правовым актам, запрещающим пропаганду или агитацию, возбуждающую социальную, расовую, национальную, религиозную вражду и считаются уголовно наказуемыми. Ограничусь несколькими примерами. За разжигание межнациональной розни и призывы к насильственному свержению конституционного строя осужден издатель газеты “Псковская правда” Д. Беляев. Обвинительный приговор за публикацию и распространение явно расистских материалов вынесен учредителю и редактору газеты “Русский взгляд”. За злоупотребление свободой массовой информации в форме пропаганды национального превосходства вынесено предупреждение газете “Наше отечество” (Санкт Петербург), газете “Завтра” (Москва)1 .

Порой СМИ играют не лучшую роль в нашей действительности. Обладая реальным средством для обращения к обширной аудитории, журналисты не осознают той ответственности которая накладывается на них при освещении ими тех или иных событий. Мало того, что заведомо ложные сведения о том или ином человеке нарушают конституционные права этого человека, они становятся причиной нарушения прав многих других людей: читателей, слушателей - чьё право на оперативное получение достоверных сведений через СМИ закреплено в ст.38 Закона "О средствах массовой информации". Однако не стоит забывать о тех случаях, когда “четвертая власть” - пострадавший элемент.

В 1999 г. были проведены исследования в 81 субъекте РФ. Главный вопрос, ответ на который искала “Общественная экспертиза”: "насколько свободно движется информация в каждом из регионов России? То есть насколько созданный местной властью законодательный и политический климат способствует (или препятствует) деятельности СМИ”2 . Полученные сведения сводились в определенную карту - “свобода слова в России”, которая при подведении итогов выявила печальную картину – в России не нашлось ни одного региона с комфортным для «четвертой власти» законодательным и политическим климатом.

Изначально предполагалось, что карта свободы слова будет трехцветной. Небесно-голубой цвет означал бы регионы с цивилизованными условиями для работы СМИ. Синий – территории, где благоприятные условия сочетаются с неблагоприятными. Фиолетовый – “черные информационные дыры”, то есть те субъекты РФ, где господствуют неблагоприятные условия для “четвертой власти”. В итоге карта свободы слова оказалась двуцветной, так как небесно-голубой отсутствовал вовсе. При этом фиолетовая краска густо покрывала больше половины всей карты.

Исследования также показали, что Москва находится в числе самых неблагоприятных регионов по условиям доступа к информации – при том что для ее производства и распространения условия в столице благоприятней, чем где бы то ни было в России. Московские чиновники не ответили на половину посланных им информационных запросов СМИ. Впрочем, подобную закрытость проявляют власти большинства регионов. Одни из них отвечали с опозданием и неполно (33 субъекта РФ), другие не отвечали вообще (51 субъект РФ), тем самым напрямую нарушая ФЗ “О средствах массовой информации” (ст. 38-40).1 Ст.39 Закона содержит обязанность руководителей государственных органов, организаций и общественных объединений, их заместителей, работников пресс-служб либо других уполномоченных лиц предоставлять запрашиваемую информацию. В соответствии со ст.40 того же Закона, отказ в предоставлении информации возможен, только если она содержит сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную специально охраняемую законом тайну. Во всех других случаях отказ считается неправомерным и влечет уголовную, административную, дисциплинарную или иную ответственность.

Возможность свободно производить информацию во многих субъектах РФ также ставится под сомнение. Особое впечатление производит Омск. Чтобы получить там право на распространение печатной продукции необходимо пройти 34 инстанции. В Москве этот показатель немного ниже – 29 инстанций.2

Как известно ст. 29 Конституции РФ гарантирует каждому свободу искать и получать информацию. Насколько исполняется эта норма Конституции свидетельствует исследование “Население и информация”, проведенное осенью 1997 г. Комиссией по свободе доступа к информации. Оно проводилось только в Москве и Московской области, однако это не уменьшает его значение. Исследование показало, что 2/3 опрошенных при личном обращении сталкивались с той или иной формой отказа в информации, причем наиболее частыми причинами отказа являлись: отсутствие необходимой информации – 27 %:, ее засекреченность – 24,2 %, отсутствие времени у тех, кто должен эту информацию дать – 23,9 % и, наконец, - просто наглый, немотивированный отказ – 28,8 %.3 У специфической группы граждан, каковой являются журналисты дела обстоят не лучшим образом. Только 16 % журналистов ответили, что им никогда не отказывали в информации. 83, 8 % получали отказ часто или изредка.4 В следующем 1998 г. монитором было зафиксировано 177 случаев ограничения доступа к информации журналистов, хотя в соответствии с законом, государственные органы, организации, предприятия обязаны осуществлять свою деятельность на принципах максимальной открытости, а предоставление информации – обязанность должностных лиц, а не их право1 .

Зачастую необоснованный отказ в информации приобретает характер сокрытия. Ограничивается доступ к документам и материалам, не относящимся к информации ограниченного распространения, происходит необоснованное засекречивание документов. При чем под эту графу все чаще попадают сведения, которые законом прямо запрещено относить к таковым (ст.7 Закона "О государственной тайне").

Сведения о состоянии экономики включены в перечень сведений, не подлежащих отнесению к государственной тайне и засекречиванию. Что подразумевает под собой возможность каждого свободно искать, получать, передавать и распространять данные сведения. Но как показала практика, изучая окружающую среду, исследуя истоки экологических проблем, вы рискуете оказаться на скамье подсудимых. В качестве примера могут послужить два судебных разбирательства, одно из которых длилось около пяти лет и закончилось оправдательным приговором от 29 декабря 1999 года. Я имею ввиду нашумевшее дело Александра Никитина - капитана 1 ранга - пенсионера Вооруженных Сил РФ.

Никитин обвинялся в шпионаже и разглашении государственной тайны (ст.275 УК РФ и ч.1 ст.283 УК РФ) за участие в составлении доклада объединения Bellona "Северный флот - потенциальный источник радиоактивного загрязнения региона". После ареста 6 февраля 1996 года Александр Никитин провел около 10 месяцев в изоляторе ФСБ в Санкт-Петербурге. 14 декабря 1996 года он был освобожден под подписку о невыезде. Первое судебное заседание по его делу длилось с 20 по 29 октября 1998 года в городском суде Санкт-Петербурга и закончилось направлением дела на дополнительное расследование в ФСБ. 23 ноября 1999 года дело опять поступило на рассмотрение в городской суд Санкт-Петербурга, которое закончилось оправдательным приговором. После более четырех лет выдвижения необоснованных обвинений Никитин был оправдан за отсутствием в его действиях составов преступлений, в совершении которых он обвинялся.2

Другой пример - дело журналиста Григория Пасько. Его последнее слово, оглашенное в суде 16 июля 1999 года, опубликовано в интернете. Этот документ настолько интересен, что трудно удержаться от приведения хотя бы небольшого отрывка из него: "Настоящее уголовное дело - это не дело о государственной измене; в судебном разбирательстве о ней речь практически не велась. Всё, о чём говорили участники процесса, в том числе все свидетели, касалось исключительно моей профессиональной деятельности журналиста. В нашей стране свобода слова гарантирована законами. Однако, свобода человека, который произнес или опубликовал это слово, не гарантирована ничем и зависит от произвола негодяев. Я в этом убедился на личном опыте. Говорят, история повторяется дважды: первый раз - как трагедия, второй - как фарс. Но и фарс может стать трагичным. История шпиономании периода тридцатых годов была трагедией нашего народа. Сегодня та же история наследников НКВД, начавшаяся как фарс, может вылиться в трагедию - трагедию безвинно осужденного человека. Только суд - независимый, бескорыстный и справедливый - может положить конец разыгравшейся трагедии. Есть ли у нас такой суд? Александр II сказал Председателю Петербургского окружного суда А.Ф. Кони по делу об убийстве Верой Засулич градоначальника Трепова: "…Правительство вправе ждать от суда и от вас особых услуг". Анатолий Фёдорович ответил царю: "Суд постановляет приговоры, а не оказывает услуги". Я прошу уважаемый суд по настоящему делу постановить приговор. ФСБ и прокуратура ТОФ уже и так достаточно погрязли в услугах"1 .

Из-за отсутствия каких-либо дополнительных данных об этом деле, кроме "последнего слова", нет возможности узнать о исходе дела. На основании текста, имеющегося документа, можно сделать вывод, что Григорий Пасько был обвинен в государственной измене. Он занимался исследованиями в области экологии совместно с японскими коллегами. Последнее возможно и послужило одним из оснований привлечения внимания ФСБ к деятельности Пасько.

Особую тревогу вызывают конфликты, связанные с ограничением доступа к судебной информации. Судьи разных регионов запрещают журналистам присутствовать на открытом судебном процессе, нарушая тем самым Конституцию и другие нормативные акты, которые устанавливают, что заседания во всех судах России открытые, за исключением ряда случаев.

Особого внимания заслуживает сюжет с участием заместителя председателя Московского арбитражного суда Н. Лагунова. Он интересен не столько содержанием, сколько утверждением, высказанным Н. Лагуновым. В ответ на замечание журналистов о незаконности и не конституционности действий судьи, не допустившей их на заседание Московского арбитражного суда, Н. Лагунов ответил: “Не надо нам говорить о Конституции, у нас в стране ее все нарушают”2 . Другой пример незаконного решения судьи – запрет журналистам проводить аудиозапись судебного разбирательства. Нередко даже ведение записи в блокноте вызывает у них раздражение. В 1997 г. монитором зафиксировано 26 таких нарушений. Из них – 10 связаны с судебной деятельностью1 .

Свобода слова - это один из важнейших элементов конституционного фундамента любого государства. Степень её реализации свидетельствует о уровне развития правового сознания в обществе и определяет истинную демократичность государства. На основе материала, изложенного в работе можно сделать вывод:

В Российской федерации свобода слова признается и гарантируется государством. Она защищается им наравне с другими правами и свободами, что предопределяет её ограничение, но в той лишь мере, которая будет достаточна для обеспечения гарантии остальных прав. Однако, несовершенство законодательства и недостаточный уровень правового сознания граждан препятствует его полной реализации. В этой связи необходимо принять меры по дополнению и уточнению действующее законодательство, определить приоритеты. Однако эти действия не будут результативными без перемен в самом обществе. На это обращал внимание и президент: “Когда мне часто говорят: “Вы займитесь СМИ, сделайте то и то”. Отвечаю: давайте обществом в целом заниматься, тогда и средства массовой информации изменятся.”2


1 Вольтер. Избранные произведения. М.,1938.С.327

2 Политическая история России: Хрестоматия для вузов / Сост.: Коваленко В. И.- М.: 1996. С. 575.

1 Документ Московского совещания конференции почеловеческому измерению СБСЕ. Протокол от 3

октября 1991 года.- п. 19.2

2 Устав Союза Беларуси и России (совершено в Москве 23.15.1997) // Российская газета, № 101, 24.05.97.

3 Конституция Р. Ф.: Научно – практический коментарий / Под ред. акад. Б. Н. Топорнина.- М.: Юристъ,

1997. С. 232.

4 Конституция Р. Ф. Принята всенародным голосованием 12.12.93.- ст. 29 ч. 3.

1 Федеральный закон “О средствах массовой информации” от 27 декабря 1991 года за N 2124–1.

1 Конституция Р. Ф. Принята всенародным голосованием 12.12.93.- ст. 17 ч. 3.

2 Конституция Р. Ф. Принята всенародным голосованием 12.12.93.- ст. 29 ч. 2.

3 Федеральный закон “Об информации, информатизации и защите информации ” от 20 февраля 1995 года за N 24–ФЗ

1 httpp://mik.mos.ru/cgi-bin/mgik/tmp/lst_html

1 httpp://mik.mos.ru/cgi-bin/mgik/tmp/lst_html

2 http://www.monitor.nnov.ru/koi8/1999/weekly/number47/12

3 http://www.gdf.ru/books/year-book/42.html

1 http://www.gdf.ru/books/year-book/39.html

2 http://www.hro.org/editions/hrdef/100/0105.html

1 http://www.freepress.ru/win/public/10.htm

2 То же.

3 Ратинов А.Р., Ефремова Г.Х. Средства массовой информации и судебная власть в России.-М.:1999. С.179

4 Ратинов А.Р., Ефремова Г.Х. Средства массовой информации и судебная власть в России.-М.:1999. С.179

1 http://www.gdf.ru/books/year-book/15.html

2 http://www.hro.org/editions/karta/nr2627/nikitin.htm

1 http://index.org.ru/mayday/proc/last0707.html

2 Ратинов А.Р., Ефремова Г.Х. Средства массовой информации и судебная власть в России.-М.:1999. С.184

1 Ратинов А.Р., Ефремова Г.Х. Средства массовой информации и судебная власть в России.-М.:1999. С.185

2 Выступление В. В. Путина при представлении ежегодного послания президента РФ Федеральному

Собранию РФ 8 июля 2000 года. // Российская газета, №133, 11.07.2000.