Реферат: «Криминологическая характеристика и предупреждение организованной преступности»

Название: «Криминологическая характеристика и предупреждение организованной преступности»
Раздел: Остальные рефераты
Тип: реферат

Юридический институт МВД РФ

Тульский факультет

Курсовая работа вариант № 6 :

«Криминологическая характеристика и предупреждение организованной преступности»

группа : 9707

зачетка : № 156

выполнил слушатель : Бойчук Александр Леонидович

Тула 1999

План работы :

Введение …………………………………………………………………………… 3

1. Понятие организованной преступности …………………………………… 4

2. Криминологическая характеристика организованной преступности … 8

2.1. Истоки и развитие организованной преступности в России …………. 8

2.1.1. «Гангстерский социализм» …………………………………………………….. 10

2.1.2. Организованная преступность времен «перестройки» …………………. 13

2.1.3. Организованная преступность «шоковых времен»………………………. 14

2.2. Криминологическая характеристика ОП ………………………………… 15

3. Основные направления борьбы с организованной преступностью …... 20

4. Международная солидарность в борьбе с организованной преступностью …. 26

Заключение ……………………………………………………………………….. 30

Список используемой литературы …………………………………………….. 30

Введение.

Организованная преступность — сложное антисоциальное явление, не имеющее го­сударственных границ. Многие десятилетия она «сопровождает» экономическое и куль­турное развитие большинства стран мира, стимулируя такие пороки человеческого об­щества, как коррупция, вымогательство, насилие, наркомания, проституция.

Развитие причин организованной преступности в Российской Федерации повторило путь большинства стран: разложение бюрократических структур государства, наруше­ние принципов социальной справедливости, девальвация нравственных ценностей, вы­ход из примитивного состояния «безналоговой» теневой экономики.

Возрастающие масштабы организованной преступности представляют реальную угрозу безопасности государства и общества, так как она усиливает свои позиции через монополизацию многих видов противоправной деятельности, используя отсутствие на­дежных механизмов защиты нарождающихся рыночных отношений, активно внедряет­ся в новые экономические структуры, стремится сохранить господствующее положение в распределительной сфере, заблокировать процесс реформ. В ряде мест преступные формирования, пользуясь безнаказанностью, а подчас и попустительством правоохрани­тельных органов, действуют все более нагло и вызывающе, превращая обширные территории в свои вотчины. Они контролируют такие доходные виды противоправной деятельности, как наркобизнес, проституция, азартные игры, нелегальная торговля оружием, спекуляция, вымогательство и др. Примитивные преступления уступают ме­сто крупномасштабным преступным акциям, глубокому проникновению через коррумпированные связи в экономику и финансовую систему, попыткам оказывать прямое влияние на политику государства в этой сфере.

Организованная преступность становится одним из основных факторов политиче­ской и социально-экономической нестабильности в Российской Федерации. На это не­однократно обращалось внимание в обращениях и выступлениях Президента Россий­ской Федерации, руководителей Правительства и Парламента России, в документах руко­водящих государственных органов.

Организованная преступность породила новую криминальную ситуацию, которая требует для ее разрешения неотложных законодательных, организационно-управленче­ских мер, значительных материальных ресурсов на оснащение правоохранительных орга­нов и обучение сотрудников методам борьбы с организованной преступной деятель­ностью.

Одной из причин сложившейся ныне в сфере борьбы с организованной преступностью ситуации является недостаточная научная проработка проблемы, отсутствие ясных пред­ставлений о стратегии и идеологии этой борьбы, а также правовой, криминологической, криминалистической и оперативно-розыскной концепции и соответствующих научных рекомендаций по выявлению, раскрытию, расследованию и предупреждению организо­ванной преступной деятельности.

Теоретическому познанию организованной преступности как социально-правового явления в нашем обществе предшествовала оперативно-розыскная, следственная и су­дебная практика.

В этой связи проявилась весьма существенная закономерность методологии: путем наблюдения, анализа, осмысления была собрана новая информация о преступности, и эта информация привела к переоценке старых идей. Потребовалось время для того, что­бы убедиться, что явления организованной преступности не «вписываются» в традици­онные теоретические штампы, как общеюридические, так и отраслевые (уголовное право, криминология, криминалистика, теория оперативно-розыскной деятельности).

На основании вышеизложенного я попытаюсь рассмотреть проблему организованной преступности , её важность , основные аспекты борьбы с ней и её профилактики.

1 . Понятие организованной преступности

С середины 70-х годов с периода подготовки и проведения V Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями эксперты ООН заняты разработкой понятийного аппарата организованной преступности.

Наиболее интенсивная работа в этом направлении велась в период подготовки VIII Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушите­лями (Гавана, Куба, 27 августа — 7 сентября 1990 г.). В документе, подготовленном секретариатом ООН, было отмечено, что одной формулировкой невозможно определить многочисленные виды организованной преступности, обусловленные различными факторами, в том числе этническими, экономическими. Однако в целом это явление можно охарактеризовать как сложные уголовные виды. деятельности, осуществляемые в широких масштабах организациями и другими группами, имеющими внутреннюю структуру, ко­торые получают финансовую прибыль и приобретают власть путем создания и эксплуатации рынков незаконных товаров и услуг.[1] Это преступления, часто выходящие за преде­лы государственных границ, связанные не только с коррупцией общественных и поли­тических деятелей, получением взяток или тайных сговоров, но также и с угрозами, за­пугиванием и насилием.

В последние десятилетия XX века наблюдается быстрый рост организованной преступности в мире Эта угрожающая тенденция обусловлена значительными достижениями в развитии технологий и средств связи и беспрецедентным расширением меж­дународной коммерческой и экономической деятельности, перевозок, туризма Трансна­циональные преступные организации эффективно используют сложившуюся между­народную обстановку. В результате преступность не только расширяется, но и становится более доходной.

Интернационализация организованной преступности отражается в расширении рынков сбыта наркотических средств, краденых вещей, оружия и других незаконных товаров и услуг, которые поставляются и обрабатываются через сеть преступных коммерческих организаций, охватывающую весь мир. Имеются данные о том, что объем этих сделок составляет сотни миллиардов долларов, что превышает национальные бюджеты многих государств.

Развитию подходов, предложенных VIII Конгрессом ООН, был посвящен Между­народный семинар ООН по вопросам борьбы с преступностью (Суздаль, СССР, 21— 25 октября 1991 г) В итоговом документе Семинара отмечалось, что процесс развития организованной преступности и ее формы в разных странах различаются, хотя есть и общие закономерности. Формирование преступных ассоциаций происходит под воздействием ряда социальных, экономических и правовых факторов. В большинстве стран выделяется два основных пути развития организованной преступности. Во-первых, это запрещенные виды деятельности (такие, как имущественные преступления, отмывание денег, незаконный оборот наркотиков, нарушения правил валютных операций, запугивание, проституция, азартные игры, торговля оружием и антиквариатом) и, во-вторых, участие в сфере экономики (прямое или с использованием таких средств, как вымога­тельство). Такое участие в законной экономической деятельности всегда тяготеет к ис­пользованию противоправных методов конкуренции и может иметь большее экономи­ческое воздействие, нежели вовлеченность в целиком и полностью незаконные виды де­ятельности. В обоих случаях используются преступные методы и поэтому костяк орга­низованных преступных формирований составляют уголовно-преступные элементы.

«Унифицированного определения организованной преступности, — говорится в итоговом документе, — до настоящего времени не выработано, вместе с тем под организо­ванной преступностью обычно понимается относительно массовая группа устойчивых и управляемых сообществ преступников, занимающихся преступлениями как промыслом и создающих систему защиты от социального контроля с использованием таких противо­законных средств, как насилие, запугивание, коррупция и крупномасштабные хищения» .[2] Данное определение может пониматься и в более широком смысле: «любая группа или отдельные лица, организованные на постоянной основе для получения прибыли неза­конным способом».

Организованную преступность участники семинара пытались разделить на несколько видов. Один из них, традиционный, составляют мафиозные семьи, существующие по принципу иерархии. Они имеют свои внутренние правила жизни, нормы поведения и отличаются большим разнообразием противоправных действий. Эта группа включает в себя самые широкие и самые развитые типы преступных организаций. К другому типу относятся профессионалы. Члены таких организаций объединяются с целью исполнения определенного преступного замысла. Организации такого рода непостоянны и не имеют такой жесткой структуры, как организации традиционного типа. К группе профессиона­лов относятся формирования, занимающиеся кражами ав­томобилей, фальшивомонетничеством, разбоем, вымогательством и т.п.

Существуют также организованные преступные группы, которые разделяются по этническим, культурным и историческим связям. Такие связи соединяют их со странами происхождения и создают, таким образом, основную преступную сеть, выходящую за национальные границы. Используя общность происхождения, языка, обычаев, они способны оградить себя от действий правоохранительных органов. Многие организованные преступные группы известны под своими этническими или национальными назва­ниями. Вследствие их преобладания и отсутствия альтернативы эти названия использу­ются в науке и практике, хотя такие термины характеризуются чрезмерным упрощени­ем, тяготеют к стереотипам и могут быть обидными для громадного большинства зако­нопослушных членов такой этнической группы или национальности.

Выделение этих типов организованных преступных групп не всегда означает наличие четких границ между ними. Почти каждое организованное сообщество преступни­ков можно рассматривать как носитель множества совокупных признаков (например, городские уличные формирования, в т.ч. молодежные банды). Организованной преступ­ности свойственно быстрое приспособление, адаптация форм ее деятельности к нацио­нальной политике, уголовному правосудию и к защитным механизмам различных госу­дарств. Ее лидеры зачастую являются индивидуумами с высокими интеллектуальными способностями, настоящими профессионалами в сфере преступности, что делает их чрез­вычайно опасными для общества.

Обобщенная характеристика организованной преступной деятельности была дана в докладе Генерального секретаря ООН «Воздействие организованной преступной деятельности на общество в целом»[3] на второй сессии Комиссии по предотвращению преступ­ности и уголовному правосудию Экономического и социального совета ООН 13— 23 апреля 1993 года. В нем дан перечень признаков, который в какой-то степени помога­ет объяснить характер данного явления:

а) организованная преступность — это деятельность объединений преступных лиц или группировок, объединившихся на экономической основе. Эти группировки очень напоминают банды периода феодализма, которые существовали в средневековой Европе. Экономические выгоды извлекаются ими путем предоставления незаконных услуг и то­варов или путем предоставления законных услуг и товаров в незаконной форме;

б) организованная преступность предполагает конспиративную преступную деятельность, в ходе которой с помощью иерархически построенных структур координируются планирование и осуществление незаконных деяний или достижение законных целей с помощью незаконных средств;

в) организованные преступные группировки имеют тенденцию устанавливать частич­ную или полную монополию на предоставление незаконных товаров и услуг потребите­лям, поскольку таким образом гарантируется получение более высоких доходов;

г) организованная преступность не ограничивается лишь осуществлением заведомо незаконной деятельности или предоставлением незаконных услуг. Она включает также такие изощренные виды деятельности, как «отмывание» денег через законные экономические структуры и манипуляции, осуществляемые с помощью электронных средств. Незаконные преступные группировки проникают во многие доходные законные виды деятельности;

д) организованные в группировки преступники используют в своей «работе» различные меры, которые могут быть изощренными и тонкими или, наоборот, грубыми, прямыми и открытыми. Они используются для установления монополии на предоставление незаконных товаров и услуг, для проникновения в законные виды деятельности для коррумпирования должностных лиц. Таким образом, когда участвующие в органи­зованной преступной деятельности лица начинают заниматься законной коммерческой деятельностью, они обычно привносят в нее методы насилия и запугивания, которые применяются в незаконных видах деятельности.

Всесторонний анализ современного понятия организованной преступности был дан на Всемирной конференции на уровне министров внутренних дел (безопасности) об орга­низованной транснациональной преступности, проведенной Экономическим и социаль­ным советом ООН (21—23 ноября 1994г.)[4] В справочном документе к конференции, в частности, определены ключевые аспекты, на основе которых можно исследовать все особенности этого явления. Во-первых, даже отсутствие единой монолитной преступ­ной структуры не позволяет сомневаться в том, что эта проблема носит глобальный харак­тер и что от нее не застраховано ни одно государство, ни один регион. Результаты прове­денных исследований показывают, что каждая из различных преступных организаций имеет свою структуру, свои преступные интересы и свои методы деятельности, и в то же время расширяются связи между этими группами и растет число их совместных операций. В связи с этим особое значение приобретает осознание правительствами и обществен­ностью в целом масштабов угрозы, создаваемой организованными преступными группировками, которым быстро и легко удается пересекать национальные границы, пол­ностью игнорируя национальные законы и нормы.

Во-вторых, было бы крайне неосмотрительно недооценивать возможности и способности этих организаций. Традиционно организованная преступность воспринимается в основном как проблема сферы обеспечения законности и правопорядка, а не как фактор, создающий угрозу для жизнедеятельности общества, независимости правительств, ста­бильности финансовых учреждений и функционирования демократии. Тот факт, что та или иная конкретная проблема неизменно рассматривается и воспринимается в рамках определенных параметров, отнюдь не препятствует ее проявлению уже в новых формах, которые требуют применения иных, до сих пор не известных подходов к решению этой проблемы. Эволюция организованной преступности шла именно по такому пути, поэто­му она не может рассматриваться как чисто местное и национальное явление. Положе­ние осложняется еще тем, что многие государственные деятели склонны обращать вни­мание лишь на местные, или внутренние, проявления проблем, которыми они занима­ются, с трудом воспринимая тот факт, что эти проблемы все больше начинают приобретать транснациональный характер. Это произошло, в частности, в странах, где непринятие «модели иностранного заговора» в отношении организованной преступно­сти привело к тому, что главное внимание уделялось местным, региональным и нацио­нальным аспектам при игнорировании международных масштабов, которые обрела эта проблема.

В-третьих, организованные преступные группировки могут существенно отличаться друг от друга. Хотя для понимания деятельности любой группировки необходим индивидуальный подход и оценка ее сильных и слабых сторон без попытки втиснуть ее в какую-либо единую модель, в процессе изучения проблемы и разработки политики и стратегии неизменно следует исходить из учета общих черт и, что более важно, взаимосвязей между этими группами в их трансграничных операциях. Без учета таких особен­ностей для национальных и международных правоохранительных учреждений могут разрабатываться контрмеры самого общего характера, в то время как подобные контрмеры по существу должны быть тесно увязаны с особенностями их организационной структуры, с политическими, экономическими и культурными условиями, в которых действуют такие группы, а также с характером и масштабом их операций.

В анализируемом документе определены условия, при которых употребляется термин «организованная преступность»:

- членами преступных организаций считаются лица, которых объединяет цель участия в противоправной деятельности на более или менее постоянной основе. Как правило, они занимаются преступной предпринимательской деятельностью, осуществляя предоставление запрещенных законом товаров и услуг или же законных товаров, которые по­ступают по незаконным каналам, например в результате обмана или мошенничества. Организованная преступность практически всегда является продолжением законных рыночных операций в тех областях, которые обычно запрещены законом. Ее отдельные сильные стороны обусловлены теми же основополагающими соображениями, которыми руководствуются в предпринимательской деятельности на законном рынке: необходи­мость сохранения и расширения завоеванной рыночной ниши;

- деятельность организованных преступных группировок по предоставлению запрещен­ных законом товаров и услуг требует значительной степени кооперации и организации. Как и любая коммерческая деятельность, преступный бизнес требует предприниматель­ских навыков, профессионализма в конкретной области и умения координировать свои операции помимо применения методов насилия и коррупции, призванных содейство­вать ведению дела. К их числу относятся самые различные средства — от выплаты взя­ток должностным лицам правоохранительных органов до проникновения или внедрения своих людей в политические структуры.

По мнению некоторых экспертов, организованная преступность представлена крупными, построен­ными по иерархическому признаку организациями, структура которых скорее напоми­нает традиционные корпоративные объединения. Их оппоненты считают, что в основ­ном организованные преступные группировки не имеют строго определенной структуры, сравнительно невелики по размеру, отличаются гибкостью, значительной степенью авантюризма и быстрой адаптируемостью. Фактически подлинная сила и эффективность организованной преступности обусловлены именно их аморфностью. В отличие от оформленных корпоративных структур организованная преступность скорее напоми­нает сеть социальных связей в обществе. Для лучшего понимания эти структуры следу­ет рассматривать не с точки зрения их деления на мелкие и крупные организации или на оформленные структуры и неформальные сети, а с точки зрения непрерывного превраще­ния малых структур в крупные и гибких организаций одной сети в бюрократические структуры. Кроме того, подчеркнута важность учета элементов преемственности и по­следовательности, которые характерны для организованных преступных групп. При этом некоторые группы могут сочетать в себе элементы сложившейся иерархической структуры на одних уровнях с более размытой и гибкой системой взаимоотношений на более низких уровнях.

Два признака, по которым можно идентифицировать и сопоставлять такие группы — это их численность и степень организации, которые образуют предварительную основу для выявления их сильных и слабых сторон и для разработки надлежащих контрмер государственными и правоохранительными органами. Третья важная составляющая касается сферы преступной деятельности. Некоторые группы отличаются узкой специализацией и сосредоточивают свою деятельность на какой-то одной области, например, проституции или наркотиках; преступная деятельность других отличается большим разнообразием, например, она может включать мошенни­ческие операции с кредитными карточками и различные финансовые «махинации».

2. Криминологическая характеристика организованной преступности.

2.1. Истоки и развитие организованной преступности в России

Начало существования сплоченной воровской среды, по мнению российских ученых-обществоведов (Д.С. Лихачев, Г.В. Есипов и др.), относится по преимуществу ко времени, когда массовая экспроприация земли у крестьян и, следовательно, быстрая национа­лизация создали условия для первоначального капиталистического накопления. Это по­следняя треть XV — первые десятилетия XVI веков. К этому же времени относятся и первые свидетельства о существовании воровских организаций [5] .

Исследователи, изучавшие преступный мир России, отмечали, что к XVIII в. встречались целые селения воров и разбойников. Такое положение было характерно для любо­го более или менее обжитого места России. К этому же периоду относится появление традиций и «законов» преступного мира, которые сохранились до настоящего времени:

- внесение определенных сумм денег при вступлении в «воровское братство», необходимых для поддержания членов групп;

- проведение при этом обрядов посвящения; наделе­ние кличками;

- общение на жаргоне — «фене» (тайном языке офеней — бродячих торгов­цев-коробейников) и др.

Известный правозащитник и исследователь уголовного прошлого Российской Империи В. Чалидзе считает, что для изучения организационной структуры воровского мира весьма важны два обстоятельства: то, что их ассоциации ведут свою историю издавна, и то, что этот мир весьма консервативен в почитании своих организационных и этических принципов. Именно эта консервативность позволяет проводить аналогию между воровской организацией и артелью — давнишним русским социальным институтом, дожившим в прежнем виде до начала XX в. и не прекратившим существование и ныне. Для различных артелей (в том числе и воровских) характерны следующие признаки:

- «молчаливый» договор участников;

- ограничение свободы выхода из артели;

- принцип круговой поруки;

- равноправие основных членов при приоритете лидера («атамана», «старшого»);

- внутренняя система наказаний;

- высокая степень информационной замкнутости;

- взаимодействие с другими артелями в разделе территории промысла.

Главной отличительной чертой воровских артелей от других является высокий уровень тоталитарности воровских ассоциаций, непризнание за членами воровского сословия права выйти из него и вернуться в общество: «воровской мир столь строго охраняет свою информационную замкнутость, столь высоко ценит доверие, оказанное «посвященным», тем, кто принят как равный в воровскую семью, что оставление этой семьи почи­тается за измену, ибо порождает для воровского мира опасность нарушения информа­ционной замкнутости»[6] .

В XIX столетие преступный мир России вступил окрепшим, сплоченным, монолитным, имеющим силу противопоставить себя общественному порядку и закону. Его тради­ции, обычаи, «законы» укрепились в сознании целых поколений правонарушителей. В XIX веке профессионализация преступной деятельности достигла такого размаха, что не было уже «проявления общественной жизни, к которому преступный мир не приспо­собился для своей пользы». К концу XIX в. преступный мир приобрел черты стройной организации.

Однако становлению «российской мафии» мешали отсутствие рынка и сильная военно-политическая государственная власть в Российской Империи, «ломавшая хребты» потенциальным конкурентам. Казнокрадство и взяточничество придворных и чиновни­ков всегда были хронической болезнью Империи, но в организованную преступность они не складывались, поскольку не были связаны с теневым производственным процес­сом и потоками капитала.

В предреволюционный период (1917 г.) в условиях экономического и политического кризиса в стране возникла торгово-финансово-промышленно-чиновничья организованная преступность. Получая сверхприбыль на военных поставках и на спекуляции вокруг карточной системы, организованная преступность быстро дестабилизировала страну. Еженедельно возникали и исчезали новые имена дельцов, складывались и лопались мно­гомиллионные состояния. Черный рынок перекрыл обыкновенный во много раз. Коррупция охватила аппарат, связанный с финансовыми и товарными потоками. Но предреволюционная организованная преступность, несмотря на свой огромный вес и мас­штаб операций, была зыбкой, как большая медуза. Идя по стопам режима, организованная преступность также утратила стабильность и контроль над потоками капитала. Взаи­моуравновешивающие системозащитные механизмы ее не сложились, грань между «бе­лым» и «черным» капиталом размылась, произошла потеря управления.

Революция 1917 года и последующие события коренным образом изменили ситуацию в преступном мире России. В первые послереволюционные годы многие професси­ональные преступники были выпущены на свободу, ряд из них даже пришел на службу в органы ЧК и милицию. Тем самым были нарушены вековые воровские законы. Од­новременно в организованные банды объединялись бывшие сотрудники жандармерии, офицеры разгромленной белой армии.

Историки отмечают, что после революции 1917 года составной частью организованной преступности являлись небольшие группировки криминального характера, исполь­зовавшие политическое прикрытие в виде партийной атрибутики, самоназвания и т.п. На уголовную стезю становились порой и отдельные подпольные организации больше­виков, левых эсеров, максималистов, находившихся в тылу армий Колчака, Деникина, Врангеля. Росту криминальных настроений и действий, являвшихся зачастую причи­ной провалов этих организаций, способствовали решения подпольных центров.

К концу 20-х годов наблюдался определенный кризис в распределении сфер влия­ния в преступном мире. Постоянные конфликты между различными группировками диктовали необходимость совершенствования воровских «законов». В результате на базе традиций и обычаев прошлого возник единый воровской «закон», по которому наиболее авторитетных преступников стали именовать «ворами в законе». Именно к этому периоду относятся некоторые принципы деятельности «воров в законе», которые сохранили ак­туальность до настоящего времени:

- решение сложных вопросов коллегиально на «сходках» как в местах лишения свободы, так и «на воле»;

- возрождение «общака» как материальной базы преступников, образование «ворами в законе» в каждой местности своих баз, общин, «малин»;

- соблюдение «закона» мести за отход от соблюдения воровских обычаев и традиций.

С середины 20-х годов исправительные учреждения стали в основном заполняться не уголовниками, а репрессированными жертвами тоталитарного террора. Адми­нистрацией лагерей поощрялись издевательства «блатных» по отношению к «политиче­ским», большую часть из которых составляли обыкновенные рабочие и крестьяне. Та­кое сотрудничество с администрацией расслоило касту «воров в законе». Появился но­вый кодекс, позволяющий частичное сотрудничество с сотрудниками лагерей. Это было вызвано и тем, что с середины 30-х годов одновременно с политическим террором были ужесточены репрессивные меры по отношению к профессиональным преступникам. В этих целях органами НКВД использовалась система внесудебных репрессий, или «особое совещание», которому было делегировано право привлекать к уголовной ответст­венности «социально опасный элемент» на основании агентурной информации и справок о прежней судимости. Уголовный мир был вновь загнан в подполье и вынужден был в местах лишения свободы бороться за выживание. Серьезное расслоение произошло в среде уголовников в годы Великой Отечественной войны, когда значительное их число по своей воле приняли участие в борьбе с фашизмом, а другая часть пошла на службу к гитлеровским оккупантам, принимая участие в зверствах против своего народа. Крими­нальная активность и той, и другой категории в послевоенный период во многом способ­ствовала вспышке бандитизма в стране. Но именно тогда правоохранительные органы выработали многие тактические приемы, позволявшие в довольно сжатые сроки лока­лизовать бандитизм как массовое криминальное явление.

2.1.1. «Гангстерский социализм»

Хрущевская «оттепель», либерализация уголовного наказания, попытки первых экономических реформ стимулировали уголовный мир изменить свою направленность. «Старая» профессиональная преступность, которая формировалась из шаек уголовников, приобрела в новых социальных условиях совершенно иное качественное состояние, весьма схожее с аналогичным явлением в развитых буржуазных странах. «Во-первых, появилась сетевая структура организации, при которой стал возможен и даже неизбе­жен раздел сфер и территорий между группами. Во-вторых, произошло сращивание преступников общеуголовного профиля с расхитителями, тех и других — с представите­лями государственного аппарата. В-третьих, организованные группы преступников проникли в экономику и даже политику. Последнее характерно именно для организо­ванной преступности»[7] .

Строительство «потребительского»социализма под лозунгами типа «догнать и перегнать Америку» в условиях негибкой сверхцентрализованной экономики, авторитарного политического режима, реанимации феодально-байских отношений в Закавказье, на Се­верном Кавказе и в Средней Азии способствовало превращению СССР, по образному выражению известного философа и писателя А. Зиновьева в книге «Коммунизм как реальность», в общество «гангстерского социализма». Именно в «хрущевский», а затем в «брежневский» периоды формируются структуры теневой экономики, сращенные с коррумпированными чиновниками и группами уголовников, которые составили основу современной организованной преступности. На примере дела Московского Главторга можно убедиться, что все функциональные звенья организованной преступности легко возникали в условиях централизованного управления народным хозяйством и вписы­вались в официальные (государственные) структуры. Весьма типичной схемой для мно­гих регионов страны было организованное обогащение чиновников и имевших власть деградировавших руководителей партийного аппарата. Продавались выгодные должно­сти, заграничные командировки, места в престижных учебных заведениях. В системе Главторга выплачивался «налог» с каждого доходного торгового предприятия — ежеме­сячная дань. Но прежде чем дать ее, нужно было где-то взять. Взяткодатели, в свою очередь, облагали ею подчиненных, а те — население (обвес, обсчет, пересортица, завы­шение цен, списание «на естественную убыль», реализация «левых», т.е. похищенных товаров).

Другим источником денег являлась преступная связь с городскими рынками. Там через «оптовиков» реализовывалась часть продовольственных товаров, кроме того, их отправляли и в другие регионы, где продавали по спекулятивным ценам. Определенная часть недовозилась поставщиками в Москву и сдавалась в коопторги соседних областей, в столицу же отправлялись деньги и «навар», полученный за счет разницы государственных и кооперативных цен.

Еще один распространенный источник — перевод продуктов питания в торговлю за счет больниц, школ и других организаций, в том числе и общепита, путем различных махинаций. В результате большие суммы шли «наверх». Оттуда — для защиты всей системы — своевременное предупреждение о ревизиях, неотражение в контрольных доку­ментах злоупотреблений, всякого рода нарушенией, другие защитные действия, вплоть до прекращения возбужденных уголовных дел с использованием коррумпированных свя­зей в правоохранительных органах. Деляческий мир вербовал во всех регионах страны хороших организаторов производства, особенно в сфере торговли, бытового обслужива­ния, медицины, жилищно-коммунального хозяйства, прежде всего исходя из корыстных устремлений таких специалистов, надежности этих лиц для «дела». Их переводили в Москву в близлежащие области по очень значимым резолюциям: «на укрепление кадров», «по инициативе министерства» и т.д. Все это, естественно, делалось за деньги и в расчете на перспективу долгосрочного обворовывания государства. Высоким покровителям не всегда удобно было давать наличные суммы, поэтому в ресторанах, на квартирах, дачах организовывались ужины, карточная игра. Там преподносились многотысячные подарки, «нужным» людям в карты проигрывались крупные суммы.

«Производство» денег было отделено от покровителей целой системой посредников, но свои доли в том или ином виде все получали регулярно. Если даже группа расхитителей попадала в поле зрение оперативных аппаратов органов внутренних дел, то тут же следовали звонки из разных инстанций с просьбами «разобраться объективно». Это ве­ло к прекращению дел или к сужению рамок расследования до выходов на «верха», поэто­му их причастность к преступлениям тщательно скрывалась от следствия. Даже попав под суд, расхититель был уверен в дальнейшем покровительстве (снизят срок наказа­ния, отправят в «нужную» колонию, где им в дальнейшем займутся «свои» люди, и все в скором времени закончится амнистией или помилованием).

Дельцы с удовлетворением констатировали, что их в прошлом рядовые покровители из советских и партийных органов продвигаются все выше и выше, и, будучи «повязаны» с дельцами, осуществляют «нужную кадровую политику» для разного рода махина­торов в контролирующих, снабженческих и плановых органах, что такая «политика» по­ощряется на самых верхах государственной власти.

Таким образом, совершенствовались и крепли крупные мафиозные структуры, отраба­тывались системы взаимосвязи, взаимовыручки, взаимобезопасности. Но это лишь од­но направление развития организованной преступности.

Поскольку существовала профессиональная преступность, то началось вторичное перераспределение преступно нажитых средств. Традиционная уголовная среда в этих условиях переориентировалась, стала обворовывать и грабить тех, кто обогащается. Резко возросли различные виды игорного мошенничества, похищения людей, появился рэкет (вымогательство) в уголовной среде. Эта «вторичная» преступность оперативными и следственными аппаратами почти не фиксировалась, поскольку потерпевшие с жалоба­ми в правоохранительные органы обращались редко. Среди профессиональных преступ­ников появились лидеры. Они делили территории и сферы влияния, усиливали крими­нальный прессинг на дельцов теневой экономики. Со временем обозначилась тенденция сращивания дельцов с главарями преступных сообществ уголовников. Причем этому предшествовали специальные «организационные» меры. Например, договоренности закреплялись на сходках лидеров уголовной среды, где присутствовали и представите­ли экономической преступности. Дельцы обязывались выплачивать 10—15% от суммы противоправного дохода, а уголовники гарантировали им безопасность. В дальнейшем появилась и другая форма сращивания: уголовники стали охранять дельцов от эконо­мики, помогать им в сбыте продукции и расправе над конкурентами. Одним из вдохно­вителей «отечественной мафии» в 70—80- е годы стал А. Черкасов, в молодости вор-карманник. Именно он стоял у истоков крупномасштабного рэкета. Черкасов сосредо­точил в своих руках немалую власть. Даже в местах лишения свободы он не прекращал руководить преступным миром. Именно Черкасов в свое время выпестовал кровавую группу рэкетиров «Монгола». После ее разгрома и суда «крестный отец» остался в стороне, а на остатках банды возникли новые преступные формирования. Действовали подопечные Черкасова с редкой жестокостью. Вымогали деньги у цеховиков, спекулянтов, сбытчиков наркотиков: вывозили в лес и там изощренно пытали. В одном из подва­лов Краснопресненского района Москвы оборудовали специальную «камеру», где «уговаривали» свои жертвы поделиться «заработком».

2.1.2. Организованная преступность времен «перестройки»

К середине 80-х годов в обществе существовали высокоорганизованные антисоциальные силы: коррумпированная часть партийно-государственной бюрократии и мафи­озные структуры. Именно они хлынули в образовавшийся при сломе административ­ных структур вакуум, активно ломая эти структуры и обогащаясь в условиях хаоса. В руки преступников попал огромный стартовый капитал в результате антиалкогольной кампании, которая не только породила дефицит в госбюджете, но и способствовала воз­никновению новых устойчивых мафиозных структур, быстрому наращиванию теневого капитала. Разрешение кооперативам и совместным предприятиям вести бесконтрольную внешнюю торговлю при неконвертируемом рубле, искусственно заниженных (по сравнению с мировыми) внутренних ценах и наличии больших теневых капиталов привело к спекуляции национальным достоянием. Возникла реальная угроза экономической бе­зопасности страны из-за возрастающих объемом контрабандных поставок импортных товаров; экспорта необработанного сырья; махинаций по перераспределению кооперати­вам и совместным предприятиям различной фондируемой продукции и сырья в ущерб государственным заказам; реализации им же повсеместно скопившегося на госпредприя­тиях неликвидов для вывоза за рубеж; незаконного ввоза и вывоза капиталов без орга­низации собственно совместных производств, что приводило к накоплению на счетах СП крупных сумм в рублях, которые обмениваются на иностранную валюту по курсу «черного» рынка. С помощью коррупционеров с иностранными фирмами заключаются невыгодные для страны контракты на поставку продукции, сбывается стратегическое сырье и материалы. Катастрофический масштаб приобрели организованные преступле­ния на объектах транспорта, которым способствуют блокады дорог, массовые «броса­ния» поездов без охраны на перегонах, скопления неохраняемого подвижного состава с ценными грузами на приграничных станциях и в морских торговых портах.

Масштабы организованной преступности все больше охватывали именно те сферы экономики, которые непосредственно связаны с удовлетворением жизненно важных потребностей населения. Это относится, прежде всего, к предприятиям и организациям, осуществляющим хранение, транспортировку и реализацию товаров народного потребления. Облегчали преступную деятельность резко возросшие нарушения хозяйствен­ных связей и развал потребительского рынка, попытки многих местных органов регу­лировать его неэкономическими методами, срыв поставок и завоза товаров в розничную торговую сеть, создание искусственного дефицита. Возрастанию масштабов преступле­ний способствовали так называемые «договорные», «кооперативные» цены, а с 1992 го­да и «отпущенные» цены. Ценообразование без государственного регулирования во мно­гих случаях использовалось для злоупотреблений, сокрытия истинных поступлений от торговли и сбыта. Все это предопределяло новые варианты организованной преступной деятельности. К началу 90-х годов, несмотря на меры противодействия со стороны правоохранительных органов, еще большее распространение получили преступные форми­рования бандитской и рэкетирской направленности. Указанные преступные формирова­ния отличались высоким уровнем уголовного профессионализма, строгой иерархиче­ской структурой, распределением ролей. Подобные группы, как правило, были мобиль­ны, имели автотранспорт, были хорошо оснащены технически (имели приборы ночного видения, радиостанции, газовые пистолеты и баллоны, бронежилеты и т.п.), были вооружены различными видами огнестрельного оружия, как самодельного, так и серийного производства.

2.1.3. Организованная преступность «шоковых времен».

В период коренных изменений социально-экономических отношений, когда происходит первоначальное накопление капитала, резкое расслоение населения по уровню до­ходов, когда изменяются стандарты и образцы поведения отдельных социальных групп, рост преступности становится неизбежным явлением. Объективно в этих условиях го­сударственные органы способны только сдерживать масштабы этого роста. Та критическая ситуация в сфере борьбы с организованной преступностью и коррупцией, которая наблюдается сейчас, берет начало в 1988 году, когда после известного закона бывшего СССР о кооперации по существу и началось стихийно-неконтролируемое накопление капитала с перекачкой огромных государственных средств в кооперативный, а вернее, в частный сектор, носивший в большинстве случаев противозаконный характер. Здесь же находится точка отсчета слияния теневого мафиозного капитала, накопленного в годы тоталитарного режима, и молодого агрессивного гангстерского капитала первых лет де­мократизации.

О тенденциях развития организованной преступности в России свидетельству­ют следующие данные:

1990

1991

1992

1993

1994

1995

Выявлено организ.прест. групп

785

952

4352

5691

8059

8222

В том числе:

Бандитской направленности

-

58

71

87

267

235

С международными связями

-

75

174

307

461

363

С межрегиональными связями

230

655

995

1011

1258

1065

С коррумпированными связями

38

65

635

801

1037

857

Установлено активных участни­-

Ков и лидеров ОПГ

-

14997

18878

27630

35348

32068

Зарегистрировано преступле­ний

Совершенных ОПГ

3515

5119

10707

12431

19422

19604

По ним возбуждено угол дел

-

1588

4262

5749

101108

8858

Окончено уголовных дел

-

855

2129

3981

6145

6115

По ним раскрыто преступлений

-

3966

18457

13143

19399

23812

Кол-во ОПГ по направленным

В суд уголовным делам

-

1265

1672

2638

2755

3830

Привлечено участников ОПГ к

Уголовной ответственности

-

4489

8889

11351

15197

14936

Раскрыто преступлений для

Других органов

-

7730

9901

11587

14722

14021

Изъято:

Огнестрельного оружия (ед.)

295

371

4518

11737

13808

6357

Денег и ценностей (в млн. руб.)

5,5

19

3100

72100

171400

492526

Валюты (в тыс. долл. США)

-

-

9700

4100

31695

61074

Наркотических средств (кг)

46

257

3297

4368

3695

5841

Нестабильность в оперативную обстановку вносит деятельность криминальных структур, сформировавшихся по национальному или религиозному признакам. В 1994 го­ду выявлено 756 этнических преступных групп, в 1995 году — свыше 800. Наибольшую опасность представляют чеченские, азербайджанские, армянские и грузинские группировки. Отдельные из них специализируются на совершении конкретных видов противоправной деятельности, но в основном занимаются вымогательством, наркобизнесом, торговлей оружием, мошенничеством и хищениями в сфере экономики, контролируют проституцию, игорный и автобизнес.

Наибольшее количество организованных преступных групп международной ориентации выявлено в Северо-Кавказском, Северном и Северо-Западном, Центральном и Уральском экономических районах России.

Большинство из выявленных преступных групп (около 65%) имеют и поддерживают связи с аналогичными формированиями в странах ближнего зарубежья. Из числа государств — участников СНГ — это в первую очередь республики Украина, Беларусь, Грузия, Азербайджан, Армения, Казахстан. Отмечаются устойчивые криминальные связи россий­ской организованной преступности с преступными структурами в странах Прибалтики (18-20%).

Российские группы наладили преступные связи в 39 странах дальнего зарубежья. Примерно 18% имеют связи в ФРГ, 12% — в США и Польше, 3—5% — в Швеции, Финляндии, Венгрии, Китае, Корее, Израиле, Болгарии и т.д.

Преступные группы, действующие на международной арене, специализируются на хищении и контрабанде валютных ценностей и антиквариата, нелегальном вывозе сырье­вых ресурсов, оружейном бизнесе, кражах автотранспорта, радиоактивных материалов, проституции, рэкете, наркобизнесе.

Ряд лидеров преступных формирований приняли подданство других государств и выехали за границу, что порождает определенные трудности с их задержанием и привлечением к уголовной ответственности. Находясь вне пределов России, они продолжа­ют руководить преступными формированиями, создают совместные фирмы для легали­зации криминальных доходов.

Приведенные данные дают право сделать вывод о том, что организованная преступность, являясь дестабилизирующим фактором социальных и экономических преобразо­ваний, имеет устойчивые тенденции дальнейшего развития, расширяет сферы влияния не только на территории России, но и за ее пределами.

2.2 Криминологическая характеристика.

Как уже отмечалось, организованную преступность об­разуют широкая консолидация и сплочение организованных преступных групп, преступных организаций и преступных сообществ, обеспечивающих противоправную деятельность, с целью увеличения криминальных доходов и укрепления влияния на властные структуры. Организованная преступная группа имеет простейшую иерархию. Как правило, она включает в себя главаря или группу главарей, активных участников и соучастников-ис­полнителей, а также пособников, способствующих осуществлению преступных замыслов. В отдельных случаях в нее могут входить коррумпированные должностные лица, которые, как правило, обеспечивают безопасность главарям и членам фор­мирований. Вместе с тем не исключается участие коррупционеров в консультациях и других подобных действиях, способствующих совершению конкретных преступлений. Организованность и сплоченность членов преступной группировки придают устойчивость криминальному формированию, а вооруженность холодным или огнестрельным ору­жием приводит, как правило, к превращению его в банду. Общественная опасность банды в современных условиях заключается прежде всего в постоянной ее готовности к совершению тяжких преступлений с применением оружия. Нали­цо заранее обдуманный прямой умысел.

Термины "преступная группировка" и "организованная преступная группа" употребляются и практическими, и на­учными сотрудниками. Причем первые понимают под пре­ступной группировкой нередко разновидность простого соучастия, а вторые этим термином обозначают что-то среднее между организованной преступной группой и преступной организацией, подчеркивая, что преступная группировка — это более объемная организованная преступная группа.

Действительно, преступные группировки можно рассматривать в качестве особой разновидности организованных пре­ступных групп.

Преступная группировка — это сплоченная общность лиц, заранее объединившихся для совершения одного или несколь­ких преступлений, отличающаяся строгим порядком и пла­нированием преступных действий и имеющая одного или не­скольких главарей[8] .

Изучение деятельности таких формирований показы­вает, что их численность варьирует от 5—10 до 20—30 чело­век, а преступления совершаются, как правило, на местном уровне: в одном или нескольких административных районах города, области, края, республики в составе России либо не­большом городе. К наиболее характерным преступным действиям таких формирований следует отнести: рэкет, разбойные нападе­ния, заказные убийства, групповые злостные и особо злостные хулиганства, противоправный автобизнес, организация доставки и распространения наркотиков и некоторые дру­гие. Они образуют определенную систему — единую пре­ступную деятельность. На этом этапе развития жизнедеятельности преступной группировки появляются элементы коммерции, направленный на легализацию преступных доходов путем организации торговли, простейших производств, приобретения недвижимости и далее, как производное, — уклонение от уплаты налогов. Как правило, большинство преступных действий носит замаскированный, а также и нелегальный характер. Члены. преступной группировки по месту жительства конспириру­ются под законопослушных граждан. В первую очередь это относится к главарю и его ближайшему окружению. Таким образом, преступная группировка представляет собой организационно простейший уровень в структуре ор­ганизованной преступности. Перераспределение сфер криминального влияния, криминально-конкурентная борьба, возрастание уголовного экстремизма, усиление требований к конспирации и обеспечению безопасности главарей и активных участников, активизация действий по легализации преступных доходов, легитимности отдельных структурных звеньев, выход на международные связи и контакты создали объективные предпосылки для образования преступных организаций, которые обеспечили бы дальнейший рост криминальных доходов И воспроизводство преступной деятельности.

Преступные организации представляют собой симбиоза преступных группировок, иных организованных групп, коммерческих организаций, учреждений, предприятий со стоя­щим над ними руководящим звеном. Причем главарь преступной организации осуществляет общее руководство и как бы нейтрален ко всем ее составным частям, проводя свою линию через своих помощников, воз­главляющих отдельные структуры. В некоторых преступных организациях имеются совет­ники по различным направлениям как преступной деятель­ности, так и по коммерческо-финансовым, экономическим, производственным и др. Устойчивость и безопасность преступной организации распространяются в основном на руководящие и охранно-боевые звенья. Основная функция этих структур — легализация дохо­дов, нажитых противоправными методами и способами, их наращивание для воспроизводства и обеспечения преступ­ного функционирования. В отдельных случаях официальная деятельность комерческо-криминальных структур помогает завоевать гла­варям и их сообщникам определенный авторитет перед на­селением и создать условия для обеспечения безопасности руководящему ядру преступной организации. Этому способ­ствуют современные общественно-политические, обществен­но-экономические и правовые условия. Члены преступных группировок, как правило, ранее не судимые, входящие в криминальную организацию, легализуя материальные средства, нажитые противоправным путем, по поручению главаря создают сыскные или охранные бюро. Указанные коммерческие структуры, действуя от имени главаря преступной организации, официально оказывают помощь гражданам, например в розыске автомашин, охране от так назы­ваемых беспредельщиков, взыскании долгов, призывают к порядку хулиганов, дебоширов. Причем все делается быстро, опе­ративно, в противовес правоохранительным органам. Рассмотренный вид коммерческой деятельности легали­зует не только средства, нажитые преступным путем, но и огнестрельное оружие, на хранение и ношение которого "де­тективы" получают официальное разрешение. Легализуются также различные специальные технические средства, на­пример портативная кинофотоаппаратура, аппаратура про­слушивания и т. п.

Как показывает практика подразделений по борьбе с организованной преступностью, охранно-сыскные бюро явля­ются легальными филиалами преступных организаций, с помощью которых осуществляется контрразведывательная деятельность против правоохранительных органов. Одновре­менно это и вооруженный отряд, готовый к действиям по указаниям верхушки преступного клана.

Наиболее типичные направления криминальной дея­тельности преступных организаций:

· криминально-коммерческая деятельность (финансово-банковские мошенничества, коммерческо-производственная деятельность, криминальная приватизация, нарушение на­логового законодательства и т. п.);

· рэкет, который носит более скрытые, замаскированные формы, чем это было в преступных группировках, осущест­вляющих самостоятельно преступную деятельность. Напри­мер, получение так называемых откатных — определенного процента с коммерческих сделок, представляемых кредитов и ссуд и другие виды традиционного промысла: торговля оружием, наркотиками, организация проституции;

· похищение людей (киднепинг) с последующим получе­нием крупного выкупа;

· отдельные случаи разбойных, бандитских нападений, заказные убийства;

· организация и осуществление мер по безопасности чле­нов преступных организаций путем противодействия правоохранительным органам, а также криминальным конкурен­там с использованием различных способов и методов — от коррумпированных связей до уголовного экстремизма;

· международная преступная деятельность, основной ча­стью которой является контрабанда, финансовые махинации (например, перекупка внешних долгов и последующие мо­шеннические действия при их погашении);

· сбор "общаковых" средств[9] , как с преступников-профессионалов, так и с отдельных коммерсантов и других лиц. Этот вид преступной деятельности наиболее характерен для кла­нов воров в законе, которые затем используют их для нара­щивания преступной деятельности, поддержки сообщников, находящихся в местах лишения свободы, а также легализуют эти средства через коммерческие банки, приватизацию и т.п;

· фальшивомонетничество.

Не исключаются и другие направления преступной деятельности. Многое зависит от криминального опыта руководителя преступной организации и его сподручных, а также внешних условий. Среди перечисленных направлений преступных органи­заций особое место занимает криминально-коммерческая дея­тельность, где наиболее широко представлены финансово-банковские мошенничества. Мировая криминальная практика показывает, что почти во всех развитых странах организованная преступность ба­зируется на традиционных видах противоправного промыс­ла: рэкет, торговля наркотиками, оружием, организация про­ституции.

В России до сих пор наиболее распространенным путем получения сверхдоходов была криминально-коммерческая деятельность. Причем в последние годы наиболее характерные виды финансово-банковских афер — использование государственных кредитов, целевых фондов не по назначению. Например, размещение денежных средств из фондов заработной платы в коммерческих банках с целью наращивания денежных средств и последующего присвоения полученного процента, а не ис­пользование их на выплаты рабочим и служащим. В 1994—1995 годах Правительство России, чтобы оста­новить спад промышленного и сельскохозяйственного произ­водства, выделяло из бюджета кредиты на сумму в несколь­ко десятков триллионов рублей. Аналогичные средства на­правлялись и на поддержку северных территорий. На самом деле на счета адресатов поступали скудные суммы, а ос­тальные деньги размещались либо в коммерческих банках, либо сразу перекачивались за рубеж. По данным Ассоциации российских банков, за послед­ние полтора года в кредитно-финансовой сфере государства было совершено около 12 тыс. преступлений и похищено бо­лее трех триллионов рублей.

Рассматриваемый вид хищений для главарей преступ­ных организаций привлекателен тем, что только в кредитно-финансовой сфере можно в самые короткие сроки получить конечный результат — чистые деньги. Думается, не случай­ны факты заказных убийств коммерсантов, банкиров, лиде­ров преступной среды. Одна из главных причин — неразде­ленные бешеные криминальные барыши, полученные в ре­зультате кредитно-финансовых афер. Стремление организованной преступности к оказанию воздействия на принятие государственных, в том числе политических, решений, взятию под контроль деятельности органов государственной власти и управления проявляется в создании ею позиций во властных структурах, проникнове­нии в управленческие звенья министерств, ведомств, их ор­ганы на местах. Решению этой стратегически важной задачи способст­вует укрепление финансово-экономического потенциала организованной преступности, приобретение иммунитета на действие закона, защита от правоохранительных органов.

Практика работы подразделений по борьбе с организо­ванной преступностью, научные исследования показывают, что установление коррумпированных связей, внедрение сво­их людей в госструктуры — довольно устойчивая функция в преступных организациях и сообществах, позволяющая ре­шать целый комплекс криминальных проблем.

В теории, а иногда и на практике возникает вопрос, мо­жет ли стать неформальным лидером другой член формиро­вания и даже коррупционер или главарь преступного фор­мирования? По моему мнению, в большинстве случаев не­формальными лидерами являются главари преступных фор­мирований. Однако из каждого правила бывают исключения.

В теоретическом плане необходимо рассмот­реть личность современного главаря преступной организа­ции. По данным исследований, главарю преступной организации, как правило, 35—40 лет. Он имеет в основном среднее образование, но, возможно, и незаконченное высшее, и высшее. Вместе с тем преступный опыт нельзя связывать с образованием, он имеет и социальную, и социально-психологическую основы. Криминальные способности, а в некоторых слу­чаях даже и талант, помноженные на общение с матерыми преступниками, в том числе в местах лишения свободы, мо­гут создать довольно изощренный тип преступного лидера с большим криминальным будущим. По проведенным исследованиям, главарь имеет, как правило, крими­нальный опыт, может быть судим, является своеобразным генератором преступных идей и взглядов, бескомпромисс­ный противник, изобретателен, честолюбив, иногда религиозен. Под маской порядочности нередко скрывает несправед­ливость, лживость, мстительность, жестокость. В нужных обстоятельствах общителен, умеет устанавливать контакты, проявлять инициативу, решительность, способен подчинять своей воле не только лиц с криминальной установкой, но и представителей государственных, в том числе правоохрани­тельных, структур.

Возглавляемые такими лидерами преступные организа­ции целесообразно вычленять из массы других. Их можно назвать условно-организационными. Они представляют со­бой устойчивые объединения криминальных структур с многозвенной иерархией и жесткой конспирацией, имеют кор­румпированные связи в органах представительной, исполни­тельной и судебной власти, созданные для получения крими­нальных сверхдоходов и развития преступной деятельности.

Наиболее характерными криминальными проявлениями являются:

· расширение масштабов конспирации и изощренности при совершении преступлений, например убийства маскируются под несчастные случаи, самоубийства, увеличивается число без вести пропавших граждан;

· увеличение количества различных мошенничеств, в том числе банковских, коммерческих, незаконных гражданских сделок, таких, как криминальная приватизация жилья, зем­ли с исчезновением владельцев;

· усиление давления на места лишения свободы (матерые преступники выдаются за невинные жертвы произвола вла­стей, возрастает компрометация правоохранительных органов);

· активизация пропаганды преступного образа жизни, осо­бенно социального паразитизма, преступных обычаев и тра­диций, через средства массовой информации и культуры.

Дальнейшее развитие организованной преступности объективно потребовало более широкой консолидации преступ­ных формирований как по регионам, так и в масштабе Рос­сии, а также с преступным миром некоторых стран СНГ и даже дальнего зарубежья.

Механизм образования криминальной структуры зави­сит от протекания негативных социальных процессов как в регионах, так и в масштабе всей Федерации, от их остроты, экстремальности, воздействия на них государства. Поэтому объединение нескольких криминальных организаций мо­жет произойти на добровольной основе, путем заключения договора, тогда сообщество будет иметь черты картеля. При острой криминально-конкурентной борьбе сильная пре­ступная организация поглотит более слабую или несколь­ко ей подобных. Полученное образование по своей иерар­хии будет иметь черты синдиката. При этом преступные организации, входящие в картель, сохраняют свою самостоятельность, но в криминальной деятельности им очерчиваются рамки, определяются мероприя­тия, когда необходимо действовать сообща, а когда самостоя­тельно. Например, при осуществлении противодействия правоохранительным органам. Преступные организации, входящие в синдикат, относи­тельно самостоятельны, но при осуществлении процесса кри­минального производства они обязаны жестко соблюдать ус­тановленные правила и подчиняться центральному звену.

Преступное сообщество типа синдиката — это преступ­ные организации, осуществляющие совместно межрегиональ­ную и международную преступную деятельность. В настоя­щее время такие сообщества образовались на территории Московского, Северо-Западного (с центром в г. Санкт-Петер­бурге), Уральского (с центром в г. Екатеринбурге) и некото­рых других регионах. К ним также следует отнести крими­нальные этнические объединения армян, азербайджанцев, грузин, чеченцев, китайские триады и другие подобные струк­туры, действующие как на территории России, так и в стра­нах ближнего и дальнего зарубежья.

Временные преступные сообщества — это образуемые главарями преступных формирований координирующие центры для выработки и решения конкретных задач про­тивоправных целей. Одной из разновидностей таких сообществ являются региональные и межрегиональные встречи-сборища главарей и активных участников преступных организаций и сообществ по типу воровских сходок, где определяются криминальная политика и совместные действия при решении региональ­ных и межрегиональных проблем.

Итак, преступное сообщество — это криминальные объ­единения главарей преступных организаций и лидеров преступной среды, создаваемые для координации и упорядо­чения преступной деятельности, решения межрегиональных и межгосударственных криминальных вопросов, оказания по­мощи в приспособлении преступных структур к современ­ным условиям России, стран СНГ и дальнего зарубежья.

3. Основные направления предупреждения организованной преступности.

В новом Уголовном кодексе сделана попытка закрепить норму о преступных сообществах (организациях) и об особенностях ответственности их участников. Кроме того, предусмотрена дифференциация ответственности участников преступного сообщества в зависимости от выполняемой ими роли.

Так, лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество либо руководившее ими, должно прежде всего нести ответственность за организационную преступную деятельность. Помимо этого организатор либо руководитель преступного сообщества (преступной организации) должен нести ответственность также за совершенные организованной группой или преступным сообществом конкретные преступления, если они планировались под его руководством и охватывались его умыслом. Рядовые же участники преступного сообщества будут нести ответственность за преступления, в подготовке или совершении которых они принимали участие, а также за участие в таком сообществе.

По идее, в Особенной части УК следовало предусмотреть ряд составов, к особо квалифицирующим признакам которых было бы отнесено совершение преступления преступным сообществом (преступной организацией). Однако можно выделить только ст.210 – «Организация преступных сообществ»[10] , лишь данная статья предусматривает ответственность за организацию преступного сообщества и участие в нем.

В связи с ростом специального рецидива, специализацией и профессионализацией преступной деятельности весьма целесообразно включение в статьи Уголовного кодекса такого квалифицирующего (отягчающего ответственность) признака, как совершение ранее тождественного или однородного криминального деяния. К сожалению, в новом Кодексе это реализовано лишь частично.

Так на практике на сколько мне известно применение ст.210 УК РФ носит по России лишь эпизодический характер , как я считаю, возможно :

1) из-за высокой степени латентности данного преступления;

2) отсутствия практической «наработки» выявления преступлений подобного рода , в отличие например от ст. 228, ст. 222 УК РФ;

3) отсутствия материально-технической базы или её полному несоответствию с «противоположной» стороной.

На практике , т.к я являюсь о/у ОУР Богородицкого РОВД по линии НОН, нашим подразделением совместно с РУБОП в 1998, 1999 году проводились ОРМ по возбуждению ст. 210 УК РФ в отношении группы сбытчиков наркотиков, что в конечном счете привело к предъявлению обвинения в отношении данной группы по ст. 228 ч. 3 , ст. 234 ч. 2 УК РФ. Как я считаю тут сыграл свою роль п.2 вышеназванных причин , но в большей степени на мой взгляд не только в нашем регионе , но по всей стране играет п.3. Т.е не всё и всегда может держаться на личном энтузиазме, но в конечном счете принимаемые законы должны и обеспечиваться материально, иначе, как в настоящем времени «борьба» с орг.преступностью на будет напоминать Сервантеса и его ДонКихота… мельницы… и т.д. В конечном же счете являясь прагматиком, я думаю, что в этом смысле я не являюсь единственным кто придерживается данной мысли и надеюсь на дальнейшую серьезную проработку законодательства.

Исходя из смысла Закона Российской Федерации «О безопасности»[11] , основным органом, координирующим деятельность всех государственных органов по борьбе с органи­зованной преступностью, на федеральном уровне является Межведомственная комис­сия Совета Безопасности Российской Федерации по общественной безопасности, борьбе с преступностью и коррупцией.

В соответствии с Положением о Комиссии, утвержденным Указом Президента Российской Федерации 24 апреля 1995 г. на нее возлагаются следующие функции:

· подготовка предложений и рекомендаций Совету Безопасности Российской Федерации по выработке и реализации основных направлений политики в области обеспе­чения безопасности личности, общества и государства от преступных и иных проти­воправных посягательств;

· анализ состояния преступности и иных криминогенных явлений, внутренних и внешних угроз жизненно важным интересам общества, его материальным и духовным ценно­стям в целях выработки политических, организационных и иных мер по обеспечению безопасности Российской Федерации и улучшению координации деятельности фе­деральных органов государственной власти в этой области;

· оценка эффективности функционирования системы обеспечения безопасности личности, общества и государства от преступных и иных противоправных посягательств;

· прогнозирование состояния преступности и обеспечения общественной безопасно­сти в Российской Федерации;

· подготовка материалов для Совета Безопасности Российской Федерации по вопросам обеспечения общественной безопасности и состояния борьбы с преступностью, контроль и координация выполнения федеральных программ по усилению борьбы с преступ­ностью;

· подготовка предложений для Совета Безопасности Российской Федерации по поддержанию общественного порядка в стране, предотвращению чрезвычайных ситуаций и совершенствованию деятельности правоохранительных органов Российской Федерации;

· участие в разработке проектов нормативных правовых актов, направленных на борьбу с преступностью и коррупцией, обеспечение общественной безопасности;

· участие в установленном порядке в разработке федеральных программ, направленных на противодействие преступности и обеспечение общественной безопасности, оценка их эффективности;

· заслушивание по поручению Президента Российской Федерации ежегодных отче­тов руководителей правоохранительных органов Российской Федерации о состоянии борьбы с преступностью и обеспечении общественной безопасности с последующей под­готовкой докладов Президенту Российской Федерации;

· направление в правоохранительные органы Российской Федерации поступающих от граждан и должностных лиц писем, жалоб и заявлений о фактах коррупции и деятельности организованных преступных групп с осуществлением контроля за качеством рас­смотрения таких сигналов и эффективностью принимаемых мер;

· организация по поручению Президента Российской Федерации проверок деятельности правоохранительных органов Российской Федерации По предупреждению преступлений и коррупции, а также проверок в установленном порядке сообщений о проти­воправных действиях должностных лиц федеральных органов исполнительной власти;

· обобщение практики борьбы с коррупцией в федеральных органах государственной власти и внесение предложений по профилактике и пресечению этих правонарушений;

· изучение зарубежного опыта борьбы с преступностью и коррупцией, подготовка пред­ложений по его использованию в деятельности правоохранительных органов Россий­ской Федерации.

В основе деятельности Комиссии должен лежать программно-целевой под­ход. Первым таким опытом явилась Федеральная программа Российской Федерации по усилению борьбы с преступностью на 1994—1995 годы, утвержденная Указом Президен­та Российской Федерации от 24 мая 1994 г.

Программа содержала мероприятия как общего характера (по правовому, ресурсно­му обеспечению и по развитию системы профилактики), так и по основным направле­ниям борьбы с преступностью, включающие меры по усилению борьбы с насильствен­ной и корыстно-насильственной преступностью, посягательствами на неприкосновен­ность жилища, имущества, общественный порядок; с преступлениями в сфере экономики , в том числе с новыми формами, угрожающими законным интересам граждан и правомерного предпринимательства; с организованными формами преступности, включая межрегиональные и межгосударственные. Программа являлась федеральной и предпо­лагала развитие на ее базе программ на уровне субъектов Федерации и местного само­управления, а также межведомственных и ведомственных целевых программ.

В системе мер по предупреждению организованной преступности особое место занимают комплексные целевые мероприятия, направленные на противодействие незаконно­му обороту наркотических средств и злоупотреблению ими. В 1993 г. впервые в истории страны принята Концепция государственной политики по контролю за наркотиками в Российской Федерации (утвержденная постановлением Верховного Совета Российской Федерации 22 июля 1993 г. № 5494-1)[12] .

Цель указанного документа — установить концептуальные основы государственной политики по контролю за наркотиками, в первую очередь в ее организационных и законодательных аспектах, а также в плане выработки единой скоординированной межве­домственной программы. В Концепции отмечено, что государственная политика по контролю за наркотиками должна обеспечивать баланс мер, направленных на предупреж­дение и пресечение незаконного предложения наркотических средств и уменьшение спро­са на них, и строиться по следующим главным направлениям: совершенствование порядка регулирования законного оборота наркотических средств; борьба с их незаконным оборотом; предупреждение незаконного потребления этих средств; лечение и социаль­ная реабилитация больных наркоманией.

Осуществление контроля за наркотиками должно учитывать возможности макросоциального регулирования сложных психосоциальных явлений, к которым относится рас­пространение наркотиков, и опираться на постоянную оценку изменений ситуации, на­учный анализ данной проблемы.

В Концепции поставлены задачи по совершенствованию и правовому обеспечению деятельности по контролю за оборотом наркотиков, созданию межведомственной системы оперативного сбора и анализа информации об их распространении, широкому внедрению объективных методов идентификации наркотических средств, совершенствованию медицинских и юридических подходов к раннему выявлению их незаконных потребителей, а также выделению групп населения с повышенным риском незаконного потребления наркотиков и дифференцированному проведению в отношении них преду­предительных мероприятий. Серьезное внимание также уделено организации действен­ного таможенного и пограничного контроля, пресечению ввоза в Российскую Федерацию и транзита через ее территорию наркотиков; обеспечению соблюдения технологических и контрольных требований при производстве; проведению целенаправленных мероприя­тий по выявлению подпольного изготовления наркотических средств, в том числе Для предотвращения их поступления в незаконный оборот из медицинских учреждений. В июле 1994 года образована Правительственная комиссия по противодействию зло­употреблению наркотическими средствами и их незаконному обороту. В апреле 1995 го­да принята соответствующая Комплексная Федеральная целевая программа. Подготов­лены и направлены в Государственную Думу два законопроекта: первый определяет порядок легального оборота наркотических средств и психотропных веществ, второй рег­ламентирует деятельность правоохранительных органов по борьбе с незаконным оборотом и устанавливает ответственность граждан, причастных к нему. И как известно результатом работы данной комиссии стало принятие закона «О наркотических и психотропных веществах»[13] 10.12.1997 года.

Особое значение для предупреждения организованной преступности имеют меры по усилению финансового контроля. При обсуждении данного вопроса в мае 1995 года на заседании Правительства Российской Федерации отмечалось, что организация и состояние финансового контроля в стране, в том числе и по линии исполнительной власти, находятся не на должном уровне. Несмотря на усилия Минфина, создание Счетной па­латы, такого слабого контроля со стороны государства за своими собственными финан­сами в истории России еще не было. В стране нет официально принятой концепции финансового контроля. Отсутствуют законы о государственном контроле и государствен­ном финансовом контроле. Ведомственный финансовый контроль по существу ликви­дирован. В соответствии с действующим законодательством отдельными функциями финансового контроля, кроме Минфина, наделены многие министерства и ведомства России (Госналогслужба, Росстрахнадзор, Государственный таможенный комитет, Фе­деральная служба по валютному и экспортному контролю, Федеральная служба налого­вой полиции). Однако деятельность их не координируется, усилия чаще всего носят разрозненный характер. Из-за несогласованности, дублирования и параллелизма в работе эффективность контроля этих органов крайне недостаточна. В результате в условиях несовершенства законодательства роль Министерства финансов как основного прави­тельственного органа, отвечающего за стратегию и тактику финансовой политики госу­дарства и обеспечивающего ее проведение, принижена. Слабость контроля за финанса­ми способствует росту дефицита бюджета, инфляции, государственного долга, она стала объективным препятствием на пути финансовой стабилизации и оздоровления экономики, Поэтому Министерство финансов Российской Федерации считает, что для повышения роли государства в регулировании экономики, успешного продолжения рыночных реформ, комплексного решения изложенных проблем стране жизненно необходим Федеральный закон о государственном финансовом контроле. В нем можно бы­ло бы закрепить правовые основы государственного финансового контроле в условиях рыночной экономики, установить его цели и задачи, определить органы, наделенные правом финансового контроля от имени государства, их взаимоотношения, компетен­цию и полномочия, в том числе полномочия государственной контрольно-ревизионной службы, методы осуществления контрольных функций, решить вопросы физической и социальной защищенности работников финансового контроля.

Помимо законодательных решений и специальной программы борьбы с организованной преступностью перспективным направлением является разработка соглашений между ведомствами и организациями по конкретным вопросам этой деятельности.

В этой связи следует отметить подписанное 21 декабря 1995 года «Соглашение между Министерством внутренних дел Российской Федерации и Ассоциацией Российских банков о сотрудничестве в области обеспечения межбанковской безопасности»[14] . В нем сторо­ны, руководствуясь соответствующими статьями законов «О милиции», «О банках и банковской деятельности в РФ», согласились об оказании друг другу содействия в предупреждении и раскрытии преступных посягательств на денежные средства, принадлежащие банкам и их клиентам, преследуя цели нейтрализовать и устранить причины и условия противоправных проявлений. В связи с этим рекомендовано:

¨ создать в порядке эксперимента в структуре аппарата управления вневедомственной охраны ГУВД Москвы на базе существующих специализированных подразделений по охране банковских учреждений города специальный отдел охраны банков во главе с заместителем начальника У В О ГУВД. Финансирование отдела осуществлять в соответствия с действующим Положением на общих для вневедомственной охраны основаниях;

¨ войти с совместным ходатайством в Правительство Российской Федерации о включении коммерческих банков в перечень объектов, подлежащих государственной охране;

¨ в процессе реформирования и оптимизации структур Центрального аппарата МВД, ГУВД, УВД укрепить подразделения Главного управления по экономическим преступлениям МВД России, занимающиеся проблемами защиты кредитно-финансовой систе­мы от экономических преступных посягательств. В столице России, крупных финансо­вых и промышленных центрах образовать отделения (группы) по борьбе с хищениями, совершаемыми с помощью электронных средств доступа;

¨ продолжить проработку вопросов о целесообразности и возможности образования Службы Безопасности Российских Банков (СБРБ) при МВД России, управлений (отделов) безопасности банков при МВД, ГУВД, УВД, крупных ГОРОВД, имея в виду воз­ложить на указанные формирования функции охраны объектов, сопровождения ценно­стей и денег, а также весь комплекс проблем по предупреждению и раскрытию общеуго­ловных и экономических преступлений;

¨ регулярно пересматривать и с учетом мнений служб безопасности коммерческих банков вносить коррективы в типовые планы действий органов внутренних дел при возник­новении экстремальных ситуаций (нападение на банк, захват заложников, угроза расправы, вымогательство, шантаж и т.д.);

¨ постоянно анализировать оперативную обстановку, складывающуюся вокруг конкретных объектов финансово-кредитной системы, своевременно уточнять дислокацию постов и маршрутов патрулирования, обеспечивая максимальную их плотность и прибли­женность к банковским учреждениям;

¨ физическую защиту руководителей финансово-кредитных учреждений осуществлять силами служб безопасности банков в строгом соответствии с Законом Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (№ 2487-1 от 11 марта 1992 года).

¨ при поступлении в адрес персонала банков либо членов их семей информации угрожающего характера незамедлительно передавать ее в территориальные органы внутрен­них дел и для контроля за реагированием в Министерство внутренних дел Российской Федерации;

¨ органам внутренних дел принимать все предусмотренные действующим законодательством меры по установлению и привлечению к ответственности лиц, виновных в приготовлении и совершении преступлений, обеспечивая безопасность участников про­цесса в порядке, предусмотренном Федеральным законом «0 государственной защите потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству»;

¨ изготавливать и направлять по каналам АРБ коммерческим банкам России подробные списки лиц, объявляемых в местный и федеральный розыск за преступления, совер­шенные в кредитно-финансовой системе;

¨ обсуждать состояние работы по делам о нераскрытых преступлениях, особенно возбужденных по фактам умышленных убийств банкиров, разбойных нападений, в том числе на пункты обмена валют. Намечать дополнительные мероприятия, направленные на уста­новление и изобличение виновных и предание их суду. К разработке мероприятий при­влекать сотрудников служб безопасности коммерческих банков, имеющих опыт работы в оперативно-следственных подразделениях МВД, ФСБ, органов прокуратуры;

¨ направлять в территориальные органы внутренних дел подробную информацию о всех фактах противоправного удержания кредитов недобросовестными заемщиками.

Министерство внутренних дел Российской Федерации, МВД, ГУВД, УВД, ГОРОВД осуществлять информационную поддержку коммерческих банков. Для чего:

- ориентировать о проявлениях фальшивомонетничества и новых формах криминального проникновения в финансово-кредитные учреждения;

- обеспечивать отдельными аналитическими документами и материалами о состоянии и тенденциях развития общеуголовной и организованной преступности. Направлять в АРБ ежеквартальные статистические сведения о преступных посягательствах на банки;

- совершенствовать схемы пользования некоторыми действующими базами данных органов внутренних дел, в том числе установленные приказом МВД России № 319 от 24.11.1994 г. «Об утверждении инструкции о предоставлении информации на договорной основе»[15] ;

- согласовать тематику и осуществлять на регулярной основе совместную со службами безопасности коммерческих банков разработку рекомендаций по профилактике пре­ступлений в кредитно-финансовой сфере, их публикацию в «Бюллетене АРБ», межбан­ковской информационно-справочной системе «Безопасность» и ведомственных изданиях МВД России;

- коммерческим банкам инициативно уведомлять МВД России, его территориальные подразделения о всех необычных (подозрительных) перемещениях денежных средств. При этом необычные финансовые операции определяются с учетом всех признаков их совершения: суммы и характера платежа, характеристик клиента и других обстоятельств, прямо или косвенно свидетельствующих о возможном криминальном происхождении перемещаемых денежных средств;

- организовать на базе Главного информационного центра МВД России федеральный учет структур, паразитирующих в рыночной экономике (лжепредприятия, недобросовестные заемщики, «подпольные» кредитные учреждения, фирмы, созданные для осу­ществления мошеннических операций) и федеральный учет лиц, в них занятых;

- переработать совместный приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства безопасности, Министерства финансов, Центрального Банка Рос­сийской Федерации от 8 июля 1993 года № 327/270/61/02 — 117 «О создании Межведомственной Комиссии Российской Федерации по вопросам сотрудничества банков и правоохранительных органов», имея в виду расширить структуру, уточнить функции Комиссии, включить в ее состав представителей коммерческих банков, заинтересован­ных министерств и ведомств;

- признать необходимым более эффективно использовать возможности Комиссии для разработки проектов нормативных актов по проблемам банковской деятельности, формирования банка данных для трудоустройства в службы безопасности банков сотрудни­ков органов внутренних дел, подлежащих увольнению со службы;

- подготовить и направить на места совместное указание об организации в каждом республиканском МВД, ГУВД, УВД, крупном ГОРОВД круглосуточно действующей «го­рячей линии» с использованием средств проводной связи между руководством (дежур­ной частью) органа внутренних дел и банковскими структурами. Сведения о постоянно действующих телефонных (факсимильных) каналах опубликовать в средствах массо­вой информации.

4. Международная солидарность в борьбе с организованной преступностью.

Мировой опыт борьбы с преступностью показывает, что на определенном уровне развития ее организованности она выходит за рамки национальной юрисдикции и приобретает международные формы. Транснациональный характер организованной преступности обусловливается рядом факторов, основными из которых являются:

- стремление к расширению своих криминальных интересов;

- подыскивание новых объектов преступных посягательств и установление контроля за международными каналами получения сверхприбыли;

- совершение махинаций в финансово-кредитной и банковской сферах в целях отмывания "теневого" капитала; использование так называемого "челночного метода" совершения преступлений, затрудняющего правоохранительным органам разных стран своевременно раскрывать их.

Раскрытие преступлений данной категории требует выполнения большого объема работы, направленной на проведение за границей следственных и розыскных действий: получение доказательственной и иной информации по делу; выявление преступных связей; розыск скрывшихся правонарушителей и их выдача соответствующим властям; установление мест хранения незаконно нажитых ценностей и имущества, финансового положения открытых в зарубежных странах фирм и т.д.

В этих условиях Министерством внутренних дел Российской Федерации и другими правоохранительными органами предпринимаются интенсивные усилия для интеграции международного сотрудничества в борьбе с криминальными сообществами. Уже в 1923 году встал вопрос о необходимости международного сотрудничества полиции и была создана "Международная комиссия уголовной полиции", которая с 1956 года называется "Международной организацией уголовной полиции" (Интерпол)[16] . В каждой стране, являющей­ся членом Интерпола, имеется Национальное Центральное бюро, которое сотрудничает с правоохранительными органами своей страны, с родствен­ными структурами других стран и Генеральным Секретариатом Интерпола.

Основными направлениями работы национальных центральных бюро являются сбор и накопление соответствующей информации, ее выдача заинтересованным подразделениям уголовной полиции, оказание помощи в идентификации и розыске преступников.

Интерпол уже в процессе становления играл руководящую роль в международном полицейском сотрудничестве. Сегодня эта международная организация с первоклассной системой связи, оснащенной с 1992 года автоматическими вычислительными устройствами сбора и обработки криминальной информации, играет важную роль в борьбе с между­народными уголовными преступлениями. В Генеральном Секретариате Интерпола представлено большинство европейских государств, в том числе с 1991 года и Россия.

Сотрудничество органов внутренних дел России с полицией стран - членов Интерпола было бы более результативно, если бы работники оперативных и следственных подразделений лучше знали возможности и принципы сотрудничества в этой области, строго следовали предписаниям Инструкции о порядке исполнения и направления органами внутренних дел Российской Федерации запросов и поручений по линии Интерпола (утверждена приказом МВД России от 11 января 1994 года №10). Там, где действуют в соответствии с духом и буквой данной инструкции, добиваются положительных результатов. К примеру, УОП при УВД Калужской области за совершение преступления. предусмотренного ст. 77 УК РСФСР (бандитизм), разыскивались некие Исаев и Суворов. Как оказалось, бандиты проживали в Венгрии. В ходе мероприятий, проведенных МВД России совместно с Интерполом, Министерством юстиции Венгрии и Генеральной прокуратурой Российской Федерации, они были арестованы в Будапеште. Затем Генеральная прокуратура Российской Федерации по дипломатическим каналам направила в Венгрию Международное следственное поручение на экстрадицию Исаева и Суворова, условия и сроки выдачи были согласованы по каналам Интерпола. В результате преступники были выданы российским правоохранительным органам.

В Европе имеется богатый и разнообразный опыт межгосудар­ственного сотрудничества в области борьбы с преступностью.

19 июня 1980 года в дополнение к так называемому Шенгенскому соглашению по вопросам поэтапной отмены пограничного контроля между Бельгией, Люксембургом, Нидерландами, ФРГ и Францией была принята Конвенция, определившая действия правоохранительных органов сопредельных государств в предотвращении и раскрытии правонарушений. Позднее к ней присоединились Италия, Испания, Португалия и Греция.

Некоторые европейские государства пошли дальше этой Конвенции. Они разрешили приграничным правоохранительным подразделениям ре­шать проблемы, не терпящие отлагательств, непосредственно между собой, минуя центральные полицейские ведомства. Порядок такого вза­имодействия изложен в письме Европейского комитета Интерпола от 20 декабря 1991 года "О прямых контактах между полицейскими службами в Европе"[17] .

В соответствии с данным письмом МВД России было принято указание № 1 /2548 от 1 июля 1992 года "О прямых контактах с полицейскими органами зарубежных стран"[18] , которым в необходимых случаях должны строго руководствоваться все подразделения органов внутренних дел. Несоблюдение этих и других требований, затрагивающих международные отношения, чревато серьезными последствиями.

В качестве примера можно привести случай, когда работники органов внутренних дел Калининградской области в нарушение всех норм международного права задержали в Литве и вывезли через границу в багажнике автомобиля лицо, подозреваемое в совершении квартирных краж.

Важной составной частью взаимодействия российских и зарубежных правоохранительных органов является двустороннее сотрудничество.

Примером подобной кооперации усилий может послужить встреча в марте 1996 года министров внутренних дел России и Польши. На ней были определены основные направления совместной борьбы с преступностью. Было решено в ближайшее время выйти с предложением о проведении конференции министров внутренних дел стран Балтии, Украины, Белоруссии, России и Польши для выработки единой концепции взаимодействия в борьбе с интернациональными организованными преступными группировками.

Российская Федерация заключила ряд двусторонних договоров о правовой помощи между бывшими союзными республиками: в 1992 году - с Литвой, Кыргызстаном, Азербайджаном; в 1993 году - с Эстонией, Латвией, Молдовой. 22 января 1993 года главы государств - членов СНГ подписали в Минске Конвенцию о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам.

Достоинство рассматриваемой Конвенции заключается в том, что она является многосторонним межгосударственным соглашением, а значит, ее действием охватывается значительное правовое пространство. В ней содержится достаточно четкий механизм взаимодействия нескольких государств в борьбе с преступностью. Решая многие вопросы, связанные с международным сотрудничеством правоохранительных органов стран СНГ в указанной области. Конвенция, однако, не во всем совершенна. В частности, в ней не предусмотрена возможность проведения ряда совместных скоординированных действий по горячим следам или каких-либо крупномасштабных операций на территориях договаривающихся сторон, направленных на быстрое выявление, розыск и задержание членов преступных сообществ, действующих на территории нескольких государств.

Сложности в раскрытии и расследовании транснациональных преступлений (розыск, задержание на территории других стран скрывшихся прес­тупников, их выдача) приводят к тому, что сотрудники специализированных подразделений, занимающихся борьбой с организованной преступностью, наряду с использованием возможностей Интерпола для быстрого решения задач устанавливают прямые контакты с зарубежными коллегами. В конечном счете именно непосредственное взаимодействие оперативных работников заинтересованных государств способствует успешному решению поставленных задач.

Указанные действия сотрудников ГУОП являются практической реализацией одной из функций этого структурного подразделения министерства, которая предусматривает "... установление прямых связей с соответствующими службами милиции (полиции) зарубежных государств, международными полицейскими организациями по вопросам борьбы с организованной преступностью и коррупцией".

Наглядным примером в этом плане может служить следующее дело. ГУОП МВД России совместно с ФБР США и УВД Челябинской области осуществлен комплекс оперативно-розыскных мероприятий по розыску на территории США и экстрадиции в Российскую Федерацию находящегося в федеральном розыске Борнова, уроженца Челябинска. В 1993 году Борнов, работая инкассатором в РКЦ Центробанка по Челябинской области, совершил хищение денежных средств из хранилища ГУ ЦБ по Челябинской области на сумму свыше 750 млн. рублей. Приехав в Москву, Борнов в различных пунктах обмена валюты и банках произвел конвертацию украденных денег, получил около 500 тысяч долларов США и 3 апреля 1994 года вылетел рейсом Аэрофлота в Нью-Йорк (США) в составе группы лиц, якобы приглашенных Архиерейским Синодом Русской православной церкви за рубежом. Деньги он вывез нелегально, разместив их в специально сшитых приспособлениях на теле.

Свыше полутора лет Борнов находился на территории США, скрываясь от следствия и суда. В апреле 1995 года, после осуществления ГУОП МВД России комплекса совместных с ФБР США оперативно-розыскных мероприятий, было установлено, что он намерен приобрести в США квалификацию профессионального пилота легкомоторной авиации. После полной компьютерной выборки лицензий и регистрационных документов, связанных с пилотированием самолетов, Борнов был установлен и взят под наружное наблюдение в г.Колумбия, штат Южная Каролина, где он проживал и обучался в местном колледже.

С учетом требований, изложенных в своевременно направленном в Министерство юстиции США международном следственном поручении по данному уголовному делу, ФБР США по согласованию с ГУОП МВД России была осуществлена оперативная комбинация по выдворению Борнова в Россию с использованием возможностей Службы иммиграции и натура­лизации США. После завершения этой операции 18 мая 1995 года Борнов с санкции прокурора Челябинской области был арестован сотрудниками ГУОП МВД России в аэропорту "Шереметьево-2" и помещен в следствен­ный изолятор ГУВД г.Москвы. В сентябре 1995 года Борнов осужден Челя­бинским горсудом на 6 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

Другим примером международного сотрудничества может послужить состоявшееся в апреле 1996 года торжественное открытие в Будапеште Международной академии правоохраны. В действительности академия функционирует уже 3 года. Планируется, что курсы 8-недельного обучения (по 50 человек) будут набираться 5 раз в год, что означает 250 выпускников ежегодно, не считая периодических спецсеминаров. К концу века число выпускников из разных стран должно превысить 1000. Высокий уровень их подготовки повысит эффективность взаимодействия полиций разных стран в борьбе с организованной преступностью.

Заключение.

Итак, в данной работе мной были рассмотрены характеристики организованной преступности как относительно самостоятельного, целостного, наиболее опасного вида основных видов преступности. Одновременно я старался показать, что организованная преступность, существуя в обществе, пронизывает различные его сферы, разные отношения, поэтому работа получилась весьма объемной.

Организованная преступность постоянно находится в развитии, изменяются её количественные и качественные характеристики. И вовсе не под односторонним влиянием изменений широкой социальной среды, но во взаимодействии с нею. Деятельность преступных организаций и сообществ характеризует активное стремление приспособить и преобразовать общественные условия в своих целях. И им, надо признать, при просчетах государства и общества удается опережать события, влиять на важные для нее экономические, политические, социальные и иные решения, в том числе законодательного плана.

Можно ли действительно дать исчерпывающее определение организованной преступности ? Пока такое всеобъемлющее понятие практически не выработано. Думается вообще продуктивнее идти по пути выделения наиболее характерных признаков организованной преступности. В законе же необходимо указывать их и формулировать таким образом, чтобы они поддавались доказыванию.

Список используемой литературы.

1. «Основы борьбы с организованной преступностью» - под ред. В.С.Овчинского, В.Е.Эминова, Н.П.Яблокова. – М., 1996

2. Криминология : учебник – М., 1997

3. Гуров А.И. Профессиональная преступность: прошлое и современность. – М., 1990

4. Организованная преступность - “Проблемы, дискуссии, предложения: Круглый стол криминологической ассоциации” – М., 1993

5. “Проблемы борьбы с организованной преступностью” : Материалы научно-практической конференции (28-29 ноября 1995 года). – М., 1996

6. «Российская газета» № 103 от 06.05.92 , № 151 от 08.07.93

7. «Собрание законодательства РФ» 12.01.98., № 2 ст.219

8. Уголовный кодекс РФ , ст.210

9. Комментарий к уголовному кодексу РФ ., ст.210

10. СПС «Консультант +» ver.6.10 от 10.08.1999

11. «Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ», № 11 – М., 1994


[1] «Основы борьбы с организованной преступностью» - под ред. В.С.Овчинского, В.Е.Эминова, Н.П.Яблокова. М – 1996 с.23

[2] Криминология : учебник – М., 1997. С. 598

[3] Организованная преступность - “Проблемы, дискуссии, предложения: Круглый стол криминологической ассоциации” – М., 1993. С. 121

[4] “Проблемы борьбы с организованной преступностью” : Материалы научно-практической конференции (28-29 ноября 1995 года). – М., 1996. С. 71

[5] «Основы борьбы с организованной преступностью» - под ред. В.С.Овчинского, В.Е.Эминова, Н.П.Яблокова. М – 1996 с.130

[6] «Основы борьбы с организованной преступностью» - под ред. В.С.Овчинского, В.Е.Эминова, Н.П.Яблокова. М – 1996 с.132

[7] Гуров А.И. Профессиональная преступность: прошлое и современность. – М., 1990. С.49

[8] Организованная преступность - “Проблемы, дискуссии, предложения: Круглый стол криминологической ассоциации” – М., 1993. С.75

[9] Гуров А.И. Профессиональная преступность: прошлое и современность. – М., 1990. С.81

[10] Уголовный кодекс РФ от 01.01.1996

[11] «Российская газета» № 103 от 06.05.92

[12] См: «Российская газета» № 151 – 08.07.93

[13] См: «Собрание законодательства РФ» 12.01.98., № 2 ст.219

[14] СПС «Консультант +» ver.6.10 от 10.08.1999

[15] См: «Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ» № 11 , М - 1994

[16] «Основы борьбы с организованной преступностью» - под ред. В.С.Овчинского, В.Е.Эминова, Н.П.Яблокова. М – 1996 с.12

[17] «Основы борьбы с организованной преступностью» - под ред. В.С.Овчинского, В.Е.Эминова, Н.П.Яблокова. М – 1996 с. 216

[18] Организованная преступность - “Проблемы, дискуссии, предложения: Круглый стол криминологической ассоциации” М., 1993. С. 20.